Книга Инженер. Система против монстров 11, страница 92 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Кислота снова хлестала из желудка и помогала уничтожать мясо собственного хозяина. Она бурлила, но всё же давление не могло дойти до точки парового взрыва. Обгоревшее мясо восстанавливалось плохо. Коагулированный белок мёртв, тут нечему регенерировать, а новое просто не успевало нарастать. Мерзкие куски летели во все стороны, я практически ничего не видел.

— Создатель, вы в толще мышц, — сообщил Прометей. — До внешней среды ориентировочно тридцать сантиметров.

Клинок чиркнул по чему-то особо упругому… Ага, шкура. Крепкая и магически усиленная. Продавим! Я налёг сильнее. Мана утекала, но вставить запасной кристалл не выйдет. Вспышка! Лезвие провалилось в пустоту. Речная вода хлынула внутрь.

Есть! Вспорол брюхо тварюге!

Я отправил меч в инвентарь и протиснулся в рваную дыру, отталкиваясь ногами от скользких стенок.

Свет. Зеленоватый, мутный. Там, высоко над водой, палило солнце. Раздвинул края раны руками, сервоприводы отработали на полную. Лоскуты мышечной ткани разошлись, выпуская меня наружу. Кровь угря расплылась вокруг тёмным облаком.

Да! Всё, блин!

Мутная речная вода промыла доспех. Тело чудовища подёргивалось рядом. Подыхать тварь не собиралась, но дыра не доставляла приятных ощущений, так что монстр был занят собственной агонией. Из разреза продолжали вываливаться сгустки крови и мясные лохмотья. Регенерация пыталась затянуть прореху, но запёкшиеся ткани отмирали.

— Поздравляю, Создатель! Вы снова на свободе! Требуется ли моё перемещение к вам для дальнейшего ассистирования?

— Спасибо, обойдусь, — скривился я. — Ранец ещё есть? Отлично. Больше ничего не надо.

Я оттолкнулся обеими ногами от туши мутанта. Инерция отнесла меня прочь метров на десять, но доспех тяжёлый, так что сразу же пошёл ко дну. Уже собирался призвать новый ранец, но заметил на экране два приближающихся объекта. Борис и Медведь. Знакомые силуэты вынырнули слева и справа. Оба с подводными ранцами, импеллеры гудели за их спинами. Борис подхватил меня под правое плечо, Медведь под левое.

Рывок вверх. Зелень посветлела. Муть рассеивалась. Поверхность приближалась, блеснуло солнце.

Мы вынырнули не у бетонного причала, к которому шёл теплоход, а немного ниже по течению. Берег! Пожухлая трава и голые кусты. Берсерки потащили меня, как раненого товарища. Импеллеры надрывались от полуторной нагрузки, но дотянули.

Подошвы упёрлись в илистую почву. Ступать было тяжело, доспехи проваливались, но мы всё же выбрались из воды на твёрдую землю, перемазавшись в грязи по самое не балуй. Снимать броню, когда гигантский угорь ещё жив, не стали. С такой твари станется выпрыгнуть, чтобы сделать финальный кусь.

Я обернулся к воде.

«Москва-203» уходила на дно. Корма задралась под углом тридцать градусов. Левый винт уже не вращался. Ещё полминуты, и вода сомкнулась над могилой нашего судна. Несколько секунд на поверхности клокотали пузыри, а потом река успокоилась, будто и не было никакого теплохода.

— Красивый был кораблик, — сказал Борис.

Я снял шлем. Чистый утренний воздух ударил в лицо… но его тут же перебила чудовищная рыбная вонь моей брони. Надел шлем обратно, так лучше.

— Лёша! — раздался голос Искры.

Девушка подбежала и чуть не бросилась обниматься, но вовремя спохватилась, что в силовой броне получится слишком громкий «бам». Она что-то быстро тараторила, но я не слушал, а просто продолжал следить за водой. Угорь не сдох, сонары пока работали, над поверхностью скользили беспилотники.