Книга Инженер. Система против монстров 8, страница 116 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Стоимость: 1 маны в минуту.

Примечание: Навык может быть переведён в пассивный режим для постоянного действия, что снижает затраты маны на 50%.

Текущий статус: Пассивный режим.

Я замер, перечитывая описания последних навыков. Вот оно. Вот логичное, системное, безупречное объяснение всему.

Ершов не смог прочитать его, потому что его разум защищён «Ментальной Крепостью».

Он не чувствует стресса, потому что у него активен навык «Подавление Эмоций». Его идеальные медицинские показатели — следствие отсутствия гормонов стресса, вызванного всё тем же навыком.

Всё сходится. Каждая странность, каждая аномалия, на которую указали Олег Петрович и Ершов, нашла своё объяснение в его списке способностей. Система говорила мне: «Расслабься, парень. Это просто человек с очень специфическим набором умений. Редкий, но не уникальный».

И логичная часть моего мозга с этим соглашалась. Данные были передо мной. Чёрным по белому. Факты. Но где-то глубоко внутри, на уровне инстинктов, что-то кричало. Кричало, что это слишком идеально. Слишком гладко. Слишком правильно. Словно кто-то специально создал человека, чьи способности идеально маскируют его истинную сущность.

Я побарабанил пальцами по столешнице, вглядываясь в интерфейс. Голова гудела. Я всегда верил в данные. Мой инженерный разум построен на фактах и цифрах. Но моё чутьё, которое не раз спасало мне жизнь, било в набат. Игнорировать это глупо.

Кому: Варягин.

Текст: «Спасибо. Задание выполнено. Но из комнаты его не выпускать. Удвойте охрану. Никаких лишних контактов. Скоро устроим ему проверку».

Пусть сидит. Пусть будет во фракции, а я буду наблюдать. И искать ошибку. Потому что ошибки есть всегда. Нужно только знать, где копать. И теперь, когда он часть моей общины, у меня на руках есть самая лучшая в мире лопата.

Я посмотрел на часы. Уже почти пора ужинать. Хорошо, главную часть работы оставим на вечер. Сейчас пришло время перекусить и разобраться с ещё одной проблемой.

* * *

Комната была маленькой, душной и пахла пылью, хлоркой, а от ржавого ведра в углу несло мочой. Бывшая кладовая для гостиничного белья, переоборудованная в карцер. Голые стены, тусклая лампочка под потолком, забранная в металлическую сетку. Никаких окон. Никакой постели. Единственным связующим звеном с внешним миром была тяжёлая стальная дверь.

Марина сидела на полу, обхватив колени руками. Она не плакала. Слёзы высохли ещё там, на заднем дворе, оставив после себя лишь жгучее чувство унижения и бессильной ярости. Её тело ломило от последствий «Инъекции Адреналина». Мышцы, разогнанные до предела, теперь сводило судорогами, суставы ныли, а в голове стоял гул, как после контузии. Адреналиновый откат был жестокой платой за несколько минут сверхчеловеческой силы.

Но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что творилось в душе. Марина снова и снова прокручивала в голове признание брата. Тихий, сломленный голос, пустые глаза… «Это правда, Марин». Эта фраза расколола её мир на до и после. Тот Дима, которого она знала, умер. На его месте осталась оболочка, заполненная грязью. И эта оболочка носила ошейник раба. Раба этого… инженера. Алексея.

Марина стиснула зубы так, что заскрипела эмаль.

Она чувствовала, как мана возвращается в тело. После полного истощения она восстанавливалась медленно, как вода, просачивающаяся сквозь сухую землю. Сейчас её резерв был полон едва ли на треть. Этого хватило бы, чтобы превратить в кровавое решето незащищённого человека. Но стальная дверь, толщиной в палец, с мощными ригелями, лишь посмеялась бы над её атакой. Кровавые кинжалы просто разлетелись бы брызгами о металл. Чтобы вырвать её из проёма, нужна мощь «Кровавого Копья», а на это маны не хватит. Да и места для броска нет.