Книга Инженер. Система против монстров 3, страница 108 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Мутант остановился, втянул воздух огромными ноздрями и издал рёв, от которого задрожали стёкла в уцелевших окнах. Его маленькие, налитые кровью глазки сфокусировались на нашем БТРе.

Он опустил голову, выставив вперёд светящийся рог. Начал рыть копытом землю, а затем рванул вперёд. Живой, бронированный таран весом в десятки тонн, несущийся на нас с неумолимостью локомотива.

— Руль, уходи! — заорал Варягин. — Вправо, во дворы! Сокол, огонь!

Дистанция сокращалась с чудовищной скоростью.

— Не успею! — крикнул водитель. — Держитесь!

Я вцепился в поручень. Ни единой секунды не осталось, чтобы сделать хоть что-то.

БАБАХ!

Мою голову дёрнуло так, что мозг расплющился о черепную коробку. Послышался визг рвущегося, сминаемого металла. Удар прокатился по всему корпусы бронетранспортёра, по нашим позвоночникам, вышиб воздух из лёгких.

И отправил нас в полёт.

БТР подбросило. Пятнадцать тонн стали, оружия, топлива и людей взлетели в воздух, будто игрушечная машинка, которую пнул великан. На долю секунды наступила невесомость. Абсолютная, сюрреалистическая тишина и невесомость. Тела моих товарищей, как тряпичные куклы, оторвались от сидений и поплыли в тесном пространстве десантного отсека. Я увидел перекошенное от ужаса лицо Веры, пролетевшее в сантиметре от моего, разинутый в беззвучном крике рот Бориса, мелькнувшие в воздухе фантики от конфет, чей-то пистолет.

А потом мы начали падать. Кишки стянулись в тугой узел.

ТЫДЫЩ!!!

Последовал чудовищный удар о землю. Бронетранспортёр рухнул на крышу. Все, кто находился в воздухе, с силой грохнулись на потолок, который теперь стал полом. Моя голова с глухим стуком ударилась о какой-то выступ. Мир померк, в глазах взорвались тысячи белых звёзд. Боль пронзила затылок, острая, тошнотворная.

Но это только начало.

БТР не остановился. Он покатился, начал переворачиваться. Теперь мы полетели к боковой стене. Я врезался в неё плечом, сустав сместился. Вспышка дикой боли. Рядом с криком впечаталась в броню Искра. Её голова мотнулась, ударившись о металлический поручень. Она обмякла.

— СУКА-А-А-А-А-А-А-А!!!

Это кричал Сокол. Его голос, искажённый и усиленный шлемофоном, доносился из башни. Он сидел там один, в тесном пространстве, превратившемся в центрифугу. Но ему повезло, что не погиб, ведь башня наверняка деформировалась.

Второй переворот. Нас швырнуло на противоположную стену. Я упал на кого-то мягкого, кажется, на Медведя. Его огромное тело смягчило удар, но тут же сверху на меня рухнул Борис. Я оказался зажат между двумя берсерками, двумя горами мышц, которые сами превратились в неуправляемые снаряды. Задыхался, рёбра трещали. Скрежет металла снаружи стал ещё громче. Слышал, как отрываются бронелисты, как сминаются шипы, как лопаются триплексы.

Третий переворот. Снова потолок, снова пол. На этот раз я успел сгруппироваться, но сверху что-то тяжело ударило по ногам. Взвыл от боли. Крик Сокола оборвался. Так же внезапно, как и начался.

И наконец, после вечности боли и хаоса, всё прекратилось.

С последним, оглушительным ударом БТР замер, завалившись на правый бок.

Наступила тишина. В ушах барабанила кровь, во рту ощущался солоноватый привкус. Всё тело ныло, как после тяжёлого избиения. Кабину наполнили стоны, тяжёлое, прерывистое дыхание и тихий, мерный звук капающей жидкости. Кап. Кап. Кап.