Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 88 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Её руки продолжали порхать над клавиатурой, а голос захлёбывался смесью ужаса и инженерного восторга:

— Короче! При прямом попадании этого луча в корпус, сначала вскипит охлаждающая жидкость в гидравлике! Потом сгорит вся электроника на поражённых секциях! Потом — и это самое интересное — тепловая волна через броню начнёт нагревать воздух внутри! При достижении двухсот градусов начнут детонировать инициирующие капсюли в боеукладке! Это цепная реакция! Дальше всё! Финал! Капут! Нас даже хоронить не придётся!

Она на секунду прервалась, набирая в лёгкие побольше воздуха, и закончила:

— Вода в наших телах закипит мгновенно! Кровь превратится в пар и разорвёт вены! Мозги сварятся в черепной коробке за две секунды! Останется только хорошо прожаренный радиоактивный мясной паштет с хрустящей корочкой! Причём хрустящей корочкой будет то, что осталось от брони «Избушки»!

— Спасибо за кулинарный экскурс, Ди-Ди, — процедил я. — Нам нужна скорость. Если он не может нас поймать, он не может нас поджарить.

Я посмотрел на вампиршу. Её глаза вспыхнули новым азартом, а на губах расцвела предвкушающая улыбка.

— Экипаж! Приготовиться к манёвру «Паникующая Курица»!— распорядился я.

— К чему⁈ — хором переспросили девушки.

— Выполнять! Кармилла, врубай форсажные турбины!

Вампирша уже нажимала нужные тумблеры на панели управления. Из задней части «Избушки» выдвинулись массивные дюзы, предназначенные для движения на ускорении.

— Они же холодные! — экспрессивно возразила Ди-Ди. — Их прогревать надо! Они работают на ракетном топливе. Это не реактивный двигатель с плавным вектором тяги. Это ракетные ускорители! Они должны греться перед запуском минимум сорок секунд на холостом ходу. Это не прихоть, а физика рабочего тела! Если запустить их холодными, давление в камере сгорания будет нестабильным. Мы получим неравномерную тягу. Это значит, что вместо рывка вперёд «Избушка» может уйти в неконтролируемый поворот, или хуже — один из ускорителей даст обратный импульс и нас развернёт боком прямо под удар!

— Ди-Ди, — сказал я спокойно. — У нас нет сорока секунд. И мы уже это делали, придётся повторить.

Она закрыла глаза. Открыла. Посмотрела на меня.

— Ядрёна гайка…

И начала печатать.

— Запускаю форсажные турбины без прогрева, — её пальцы летали по клавишам. — Компенсирую нестабильность давления принудительным впрыском форсажного окислителя через дополнительный инжектор на треть секунды раньше цикла. Если расчёт верен — получим девяносто два процента от расчётной тяги с допустимым отклонением вектора в пять градусов. Если расчёт неверен…

— Если неверен, можно уже ни о чём не беспокоиться, — закончил я за неё.

— Именно, — согласилась она мрачно.

— Кармилла. Готова? — уточнил я.

— Я рождена для этого момента, — сообщила вампирша, не оборачиваясь. Её пальцы уже обхватили оба основных рычага. — Будет весело!

— Будет очень весело, — поправил я. — Все слышали? Пристегнитесь и держитесь крепче. Шондра, не прекращай огонь. Ядвига, правофланговые турели, подавляющий огонь, мешай ему целиться.

— Не изволь беспокоиться, касатик! — Ядвига воинственно потрясла виртуальной клюкой. — Я этому аспиду сейчас глаза-то повыколю!

— Кармилла?

— Готова!

— Пуск.

Вампирша вдавила кнопку. С гулом, переходящим в свист, турбины выбросили струи голубого пламени. Ускорение вжало нас в кресла. Тысячетонная стальная изба рванула вперёд с такой скоростью, на которую конструкторы явно не рассчитывали. Лапы шагохода замелькали, превращаясь в размытые пятна.