Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 168 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Я огляделся.

Сайлен, арктурианка, висела на ремнях безопасности у своей консоли. Одна из её четырёх рук была сломана и загнута под жутким углом. На её богомолоподобной морде застыл оскал ярости — она только что выпустила НУРСы.

Квул-Мог, штурман-глубляк, лежал без сознания, придавленный рухнувшей потолочной балкой. Его синие щупальца безвольно свисали вниз.

Я убрал балку и подхватил Квул-Мога за плечи. Из-за моей суперсилы он показался не тяжелее мешка с пухом, хотя весил килограммов под сто пятьдесят. Я перетащил его в центр рубки, положив рядом с креслом Беркута. Затем отстегнул ремни Сайлен и аккуратно, стараясь не тревожить сломанную конечность, перенёс её туда же.

В заклинившем кресле сидел ГарРок. Трёхметровый серокожий груллок, абордажник. Его уродливая морда исказилась от свирепости, а из кибернетических наручей уже наполовину выдвинулись электрические цепные пилы.

Чуть дальше, у пульта связи, висел Фзз-Тик. Гуманоидная муха размером с человека вцепилась в микрофон, уставившись на экраны огромными фасеточными глазами.

Остальные были разбросаны по шагоходу.

Я выбежал из рубки и направился в машинное отделение. Здесь всё было залито пеной системы пожаротушения, которая застыла в воздухе нелепыми белыми облаками. Глёрп, механик-слизень, находился у самого эпицентра пробития. Его экзоскелет был частично расплавлен, а сам он превратился в бесформенную, покрытую ожогами массу. Я схватил его в охапку, стараясь не обращать внимания на неприятную текстуру, и потащил в рубку.

Дальше бурильный отсек. Джин-чан, огромная жаба-гвок. Как и говорил Беркут, он был в глубоком обмороке. Его тёмно-зелёная кожа стала мертвенно-серой. Перетащить гвока оказалось сложнее. Он весил около трёхсот килограммов и был невероятно скользким. Я упёрся ногами в перекошенный пол, схватил его за широкие подмышки и, напрягая искусственную руку, потащил по коридору.

Медик Лео, мейн-кун, нашёлся в лазарете. Он застыл в прыжке, пытаясь дотянуться до выпавшей из шкафчика аптечки. Его пушистая шерсть местами обгорела. Я закинул кота на плечо.

Оставались только шушундрики.

Я нашёл Пипа и Попа в вентиляционной шахте. Они забились туда от страха и свернулись в два серых пушистых шара с торчащими клыками.

Вернувшись в рубку, я свалил всех рядом. Беркут в кресле, остальные вокруг него. Выглядело это как очень странная инсталляция современного искусства. Смерть стояла у них за спиной в виде застывшего лазерного луча.

Снова взял Гиперкуб.

РЕЖИМ ПРОСТРАНСТВЕННОЙ МАРКИРОВКИ.

Я начал вращать секции куба. На этот раз артефакт отозвался иначе. Из его светящихся граней начали отделяться крошечные, мерцающие голубые глифы. Они вылетали из куба, как светлячки.

Я ловил их свободной рукой и впечатывал в каждого члена экипажа. Один глиф на лоб Беркуту. Один на хитиновый панцирь Сайлен. Один на массивную серую челюсть ГарРока. Ещё один прямо между огромных фасеточных глаз Фзз-Тика. Один на склизкую тушу Глёрпа. На широкую морду Джин-чана. На пушистый лоб Лео. Достал шушундриков и шлёпнул по глифу на каждого. Последнюю метку я поставил на грудь Квул-Могу.

ФИКСАЦИЯ ЦЕЛЕЙ ЗАВЕРШЕНА. КАПИТАН, ДОЛЖЕН ЗАМЕТИТЬ, ЧТО ВРЕМЯ ЗАМОРОЗКИ ИСТЕКАЕТ. ЕСЛИ МЫ НЕ ПРЫГНЕМ ПРЯМО СЕЙЧАС, ТО ЛАЗЕР РАЗМОРОЗИТСЯ, И МЫ ВСЕ ДРУЖНО ПРЕВРАТИМСЯ В ПЕПЕЛ. ЕЩЁ НЕ ПОЗДНО ПОГИБНУТЬ ГЕРОЕМ!