Книга Гарем на шагоходе. Том 11, страница 12 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Воздух разорвал чудовищный, протяжный скрежет. Это броня на корпусе «Мехатирана» начала деформироваться. По толстым композитным плитам пошли волнами чудовищные вмятины. Я видел, как лопаются заклёпки размером с мою голову, как из швов вылетают снопы искр.

Нейрочип тут же вывел на край поля зрения тактическую сводку:

ОБЪЕКТ: «Мехатиран-27». СТАТУС: ЗАХВАЧЕН. АКТИВИРОВАНА СИСТЕМА КОНСТРИКЦИИ «АНАКОНДА».

АНАЛИЗ: Давление на корпус превысило 300 терапаскалей и продолжает расти.

ПРОГНОЗ: Критическое нарушение структурной целостности корпуса «Мехатирана» произойдёт через 45 секунд. Вероятность полного разрушения — 97 %.

— Ах ты, глиста переросток! — донёсся из динамиков сдавленный рык Беркута. — А ну отпусти, я тебе сейчас все твои позвонки в узел завяжу!

«Мехатиран» пытался вырваться, его уцелевшие орудия палили в упор по сегментам змеи, но это было всё равно что стрелять из дробовика по линкору. Броня «Серпента» была создана, чтобы выдерживать именно такие атаки.

— Он его раздавит! — крикнула Лекса.

Но «Серпент» не собирался просто душить свою жертву. Это было бы слишком просто. Десятки турелей «Шип-57», расположенные на его сегментах, с хищным жужжанием выдвинулись из своих гнёзд. Они не стреляли по нам. Они развернулись внутрь кольца и открыли огонь в упор по искалеченному «Мехатирану».

Они били не хаотично, а прицельно — в те самые места, где броня уже начала поддаваться, где металл изгибался и трещал. 57-миллиметровые бронебойные снаряды с вольфрамовым сердечником вгрызались в ослабленные участки, разрывая их, добираясь до жизненно важных систем, скрытых под бронёй.

Это была не битва. Это была казнь. Медленная, методичная и чудовищно эффективная.

Нужно было что-то делать. И делать немедленно.

— Ди-Ди! — заорал я по связи.

— Ядрёна гайка, я вижу! — раздался в ухе её взволнованный голос.

— Мне нужны гарпуны! — рявкнул я. — Оба! Прямо сейчас!

— Готовы! — выпалила она. — Я как раз вчера их подготовила! Будут летать, как ласточки!

По бокам избушки, с громким скрежетом, открылись два скрытых порта и выдвинулись массивные установки.

— Шондра, целься в голову и шестой сегмент! — скомандовал я. — И постарайся не зацепить Беркута!

— Постараюсь, кэп, — спокойно ответила она.

Из пусковых установок, словно языки гигантского механического хамелеона, выстрелили два чудовищных гарпуна. Это были не просто заострённые куски металла. На их концах находились мощные механические захваты, похожие на челюсти доисторической рыбы.

— Как круто, кити-кити!

Два гарпуна понеслись вперёд на пороховых ускорителях, оставляя за собой сверхлёгкие композитные тросы. Они со свистом устремились к цели. Один вцепился в головной сегмент «Серпента», второй — на несколько сегментов ниже. Захваты с лязгом сомкнулись.

— Есть контакт! — доложила Шондра.

— Ди-Ди, врубай лебёдки! На полную!

Избушка задрожала, её ноги-опоры выпустили грунтозацепы, которые глубоко ушли в землю, чтобы выдержать нагрузку. Лебёдки взвыли, как раненые звери, наматывая на себя композитные тросы.

«Серпент» не ожидал такого. Его стальное тело дёрнулось, хватка на «Мехатиране» ослабла. Он попытался извернуться, сбросить с себя гарпуны, но было поздно. Мы тянули. Тянули с силой, способной сдвинуть с места небольшой астероид.