Книга Гарем на шагоходе. Том 4, страница 21 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Шондре надоело, она выключила ноут.

На следующее утро девушка проснулась больная и разбитая, будто всю ночь отстреливалась от неприятеля, а не валялась на мягкой постели.

Душевные страдания иногда гораздо хуже физических.

Все же насколько все проще на войне… А тут даже не знаешь, что делать, как себя вести.

Шондра решила ничего не предпринимать, а просто подождать. Если Волк хочет продолжать то, что они вчера начали, то пусть сам делает следующий шаг.

Эта светлая мысль пришла ей в голову, когда она умывалась — живительная сила холодной водички в морду.

Ее вахта только через полтора часа, но девушка решила не сидеть зря в каюте.

Люминесцентная лампа в коридоре мигала, а воздух пах хлоркой после уборки. Но ничего из этого Шондра не заметила.

Потому что, едва дверное полотно отъехало, как от стены рядом с каютой отлепилась высокая гибкая фигура. В байкерской куртке и с шевелящимися белыми волосами.

— Кармилла? — опешила турельщица. В голове сразу заиграл тревожный колокольчик.

«Она все поняла?» — от этой мысли кишки скрутились в тугой узел.

Вампирша открыла рот, показывая великолепные клыки — острые и сверкающие, хоть на плакат стоматологических услуг.

— Привет, моя хорошая, как спала? Выглядишь не очень, кошмарчики снились?

— Горошина под перинами никак заснуть не давала, — буркнула Шондра.

— Так ты у нас теперь принцесса? Тогда тебе обязательно нужен принц, верно?

«Черт! Она все знает!»

— Мой принц ожидает меня в Лиходаре, — соврала брюнетка, а мигом позже отбросила косу за спину — поняла, что нервно ее теребит.

— Да? А чего ты так нервничаешь, лапушка?

Кармилла сделала шаг ближе, и Шондра пожалела, что бронедверь уже закрылась. Немедленно броситься в каюту и запереться — вот чего она сейчас отчаянно хотела. Ее рука легла на кобуру.

Вампирша заметила и улыбнулась еще слаще.

— Ты полегче с этой игрушкой, еще ненароком поранишься. Помни, что против меня пули бесполезны. Тыкал уже один, снова и снова. Много и часто. А чего у тебя щечки зарделись?

— И как? Понравилось? — спросила Шондра, проглотив вставший в горле ком, но сразу же пожалела о вопросе.

Белоснежка перестала играть в игры:

— Очень… А тебе?

— Я не понимаю о чем ты, — турельщица и сама осознала, как глупо и неубедительно это прозвучало.

Все в ней сейчас сигнализировало вампирше о вранье: пульс, мимика, запах… Она даже сама ощущала, что вспотела под одеждой.

— Да брось, — Кармилла пожала плечами и стрельнула ресницами. — Меня вот он за шевелюру хватать любит, а тебя? У тебя тоже шикарные волосы. Для человека.

Она сделала еще шаг. Ступала эта королева ужасов мягко и беззвучно, словно призрак. Очень эротично покачивающий бедрами призрак. Но сейчас в этих движениях читалась угроза хищника перед броском.

— Знаешь, что забавнее всего? — приятным и темным голосом спросила альпа. — Волк убрал сокровища в самое надежное место на Волоте — в арсенал. Сменил пароль, разумеется. Но ведь турельщику по должности полагается иметь доступ к оружию, верно?

Шондра невольно отступила, ее пальцы сами отстегнули застежку кобуры и наставили пистолет на белогривую тварь.

Девушка смотрела в рубиновые глаза вампирши.

Эти секунды показались вечностью, особенно потому, что Кармилла не моргала. И даже не собиралась моргать. А вот у самой Шондры глаза быстро пересохли. Сперва она сощурилась, но потом не выдержала, и ее веки опустились — всего на один жалкий миг!