Книга Гарем на шагоходе. Том 3, страница 109 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Испей же из этой чаши вместе со мной, о, Великий Разрушитель!

— Ты первая, — сказал я.

Зеленые глаза пристально посмотрели на меня, но потом кошка поднесла чашу к губам и сделала несколько глотков. Торжественно протянула мне. Пришлось принять и пригубить. По вкусу — просто спиртное. Все с теми же мятными нотками.

— Теперь поднимемся в святилище и завершим обряд, — удовлетворенно сказала жрица и протянула мне когтистую лапу.

Мои челюсти стиснулись, а брови сдвинулись. Но все же я взял эту тигрицу за руку и повел к ступеням. За спиной услышал мармеладно-сладкий голос Кармиллы:

— Помни, дорогой! Один раз — не зоофил!

Я обернулся и испепелил ее взглядом. Однако прах отказался развеиваться, просто хохотнул.

По ступеням мы со жрицей поднимались молча.

Лестница, ведущая к святилищу на вершине, словно поднималась в небеса. Но что-то подсказывало, что ни райского блаженства, ни просветления я там не получу.

Добравшись до входа с пилонами, мы вошли в храмовое помещение.

Жрица потянула за плетеную веревочку и задвинула тяжелые портьеры глубокого бардового цвета. Дневной свет сразу же отрезало, как и весь прочий мир. В полумраке огонь светильников сразу начал казаться более уместным… и романтичным.

В воздухе витал запах ароматных курений с нотками бергамота. Стены покрывали барельефы с изображением интимных сцен между тойгерами, а в центре помещения вместо алтаря возвышалась постель. Очень массивная, явно рассчитанная не на двух участников. По сторонам от нее на каменных тумбах сидели статуи обычных домашних кошек. Надо потом проверить, золото это или позолота… Хотя в святилище точно должно находиться все лучшее.

— Я никогда не спала с чужеземцами, — сообщила жрица. — Мне даже интересно, сильно ли ты отличаешься от наших мужчин.

— Сильно, — кивнул я. — Блох у меня нет.

— Как грубо и недостойно, — фыркнула тигрица и налила в кубок вина из кувшина, напоминающего кумган. — Ты считаешь нас дикарями?

— Я считаю вас бандитами.

С этими словами я сбросил клоунский плащ с перышками и оправил свой собственный, будто мундир.

Она подошла, неспешно покачивая бедрами, от чего ее одежды шелестели и переливались в свете огня. Зрачки в полумраке отсвечивали желтым. Она подала мне кубок, второй остался в ее лапах. Махнув рукой, указала мне на кресло с мягкой обивкой, и я не увидел причин отказываться от гостеприимства.

Хлебнул из кубка — то же самое пойло.

— Нам следует подружиться, Разрушитель. Интим с врагом может быть интересным, но скреплять союз перед высшими силами лучше с добрым настроем.

— В таком случае, называй меня Волк.

— У тебя есть тотем-покровитель? — удивилась кошка. — Тогда понятно, почему ты принес нам столько бед. Волки нам не друзья. Однако заручиться поддержкой сильного врага — означает приобрести сильного друга, верно?

Откуда-то начала звучать тихая музыка. Может, храм так устроен, что звуки из соседних помещений доносятся сюда. А может эта пушистая повелительница припрятала где-то банальный магнитофон.

Чувственная мелодия, очень располагающая.

Жрица начала двигаться под нее — неспешно и раскованно. Зазывно виляя бедрами и бросая на меня взгляды вполоборота. Цепочки на ее юбках позвякивали, как колокольчики. Полосатый хвост извивался и жил собственной жизнью. Тигрица стала раздеваться в ритме танца.