Книга Гарем на шагоходе. Том 2, страница 47 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Просто будь аккуратнее, очень прошу. Ты ж меня так без детей оставишь, — посетовал я, отнимая тряпку.

Кошечье ухо задумчиво дернулось, Сэша прикусила нижнюю губу и как-то загадочно на меня посмотрела. На ее щеках даже легкий румянец проступил.

— Что? — чуть резковато спросил я.

— А у Волка с Сэшей могут быть дети?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я даже перестал оттирать ткань.

Ее прямолинейность и непосредственность иногда просто сбивают с ног.

— Ч-чего? — переспросил я с запинкой. — Ох, нет, не знаю. Ангорийцы похожи на людей, но… а почему ты спрашиваешь?

Она смущенно перебрала шерсть на хвосте, а потом подняла на меня большие, зеленые, как весна, глаза и улыбнулась:

— Мы с Шондрой один фильм смотрели, кити-кити. Еще до того, как злодеи на железных штуках с колесиками напали на избушку.

— И что же было в этом фильме? — спросив, я тут же понял, что пожалею, но поздно.

Сэша решила не тратить силы на словесные описания, а показать все наглядно.

Она полезла мне на колени.

— Эй, эй! Полегче! — возмутился я, но ангорийка не слушалась.

Ее лицо покраснело, улыбка стала шире и игривее. Нежные пальчики скользнули по моей щеке.

— Что ты делаешь? — мой голос предательски дрожал.

Вкус ее первого поцелуя еще не сошел с губ, но я гнал эти мысли от себя прочь.

Глаза девушки наполнились теплым светом. Я знал, что сейчас произойдет нечто волшебное.

Сэша подалась вперед, светлые пряди упали на грудь. Ее мягкие губы коснулись уголка моего рта. В этот момент все замерло. Тихий шум вентиляторов, охлаждавших приборную панель и процессоры, стих. Штатное пощелкивание и попикивание датчиков пропало. Цветочек перестал шелестеть листвой. Все стало глухим, отдаленным и неважным.

Все свелось к нам двоим. К ее ласковым рукам, которые осторожно легли на мои плечи.

К сладким губам и горячему дыханию.

Несколько секунд показались экскурсией в рай.

Рассудок заволакивала пелена, а ладонь сама скользила по гладкому бедру девушки.

Не просто поцелуй, а симфония нежности.

Ее губы — теплые, как первый луч солнца весенним утром.

В ее прикосновении — чистота и искренность.

Внутри меня шла борьба между долгом и желанием получить продолжение. Немедленно. Прямо здесь. Но с ее стороны это была даже не страсть, нет. В этом поцелуе содержалось нечто глубокое. Тепло ее чувств проникало в меня, гладило душу, растворяло все сомнения и запреты.

Каждое мгновение дарило единство, понимание и необъяснимую, но настоящую магию. Я ощущал это как нарастающий свет, который полыхал то ярче, то тише в такт биению пульса во всем теле. Особенно в голове. Будто электрических токов стало в два раза больше. Я понял, что Сэша слилась со мной куда сильнее, чем могут мужчина и женщина в объятиях друг друга.

Странное чувство, но не пугающее.

— Сэша, остановись, нам нельзя… Ты нарушаешь устав, — пробормотал я, собрав все силы, чтобы отстранить девушку.

— Вечно ты со своим уставом, кити-кити! — обижено протянула моя кошечка, а ее хвост хлопнул меня по руке, которая сама продолжала наглаживать ее попку без всякого участия мозга. — Я просто хотела позаботиться о парне в дырявой шляпе, помочь тебе расслабиться, чтобы не было больно!

— Я ценю это, правда, — постарался звучать серьезно. — Но мы не можем. Понимаешь же, насколько это важно? В экипаже нужна дисциплина.