Книга Гарем на шагоходе. Том 1, страница 124 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Гребаные камикадзе! — осенило меня. — Шондра, пали из всех стволов по тем, у кого бомбы на шлемах.

— Это я могу! — турельщица поспешила выполнить приказ. Первый залп влупила удачно. Четыре бомбы пали смертью храбрых. Их тела и байки раскурочило и разметало по Пустоши. Однако детонации не последовало.

Неужели я ошибся?

— Повторить.

Второй залп получился не так хорошо. Байкеры и до этого державшие рассыпной строй, вовсе рассредоточились так, словно пытались изобразить на карте бисер. Центральные вольники сбавили скорость, в то время как крайние, наоборот, стали добавлять газу, окружая нас полумесяцем. Местность благоволила им. Эдакая долина холмов, за которыми очень удобно прятаться от скорострельного огня.

Застучали пулеметы, поднимая фонтаны земли. Шондра не палила как безумная, а предпочитала холодные пристрелочные очереди. Попасть такой очередью удавалось не всегда. Мотоциклы неслись со слишком большой скоростью, да и вообще не дурно ребята маневрировали. Но если два вольника случайно образовывали пару, и Шондра успевала взять их на прицел, то оба неминуемо погибали. Будучи опытной турельщицей, Шони стреляла не прямо по мишеням, а перед и между ними. Так, чтобы мотоциклистам приходилось огибать места попаданий. Тут-то она и скашивала их пулеметным огнем.

Еще несколько байкеров с лыбящимися бомбочками отправились на тот свет, но ни разу детонация не сработала. А змеи тем временем окончательно осмелели и уже приблизились к Волоту на минимальное расстояние. Кружили вокруг него, поливаемые свинцовым огнем, и уворачивались от разрывов снарядов.

Редела стая этих паразитов, увы, не так быстро, как хотелось. И вот уже один смельчак с коброй на шлеме активировал прыжковый ранец и, вынимая в полете мечи-крюки, устремился на пердячем пару к брюшной обшивке Волота. Во время полета он больше не казался таким уверенным, как в седле железного коня. Вероятно, сказывалось отсутствие опыта. Активировав магнитные ботинки в последний момент, он присосался к моему транспортнику, как глиста.

— Кэп, мне снять его? — вопрос Шондры мог показаться неуместным для дилетанта, который бы поспешил избавиться от горе-абордажника незамедлительно. Но для опытной турельщицы все не так очевидно.

При взятии на абордаж Волота, с чьим устройством команда не знакома, самые первые ласточки становятся смертниками. Вероятность попасть внутрь стального гиганта крайне мала, а вот угодить в какую-нибудь ловушку или быть скошенным скрытой турелью — это пожалуйста. Своей смертью первые абордажники как бы прокладывают путь последующим. Скрытую турель заранее обезвредят, ловушки обойдут стороной. Но зная, сколько опасности хранит в себе Волот, неопытный абордажник редко идет на штурм в одиночку. Как правило, дожидается товарищей.

— Подожди. Пусть их хотя бы двое будет.

Шондра послушалась приказа, но не забыла прокосить пулеметами других вольников на подходе.

Я взял со своего пульта одну пулеметную турель и навел прицел на байкера из числа бомб. Он маневрировал вокруг Волота как-то бессистемно. Не пытался взять его на абордаж, ну, или пострелять из ракетницы на худой конец. Словно это не какой-то хитрый план, а его отсутствие. Много я повидал таких отчаявшихся, но чутье подсказывает, что сейчас не тот случай. Нажав на гашетку, я скосил вольника в тот момент, когда рядом с ним оказалось двое из числа змей.