Книга Козырев. Путь мага, страница 130 – Лев Котляров

Да, рядом с молодым Романковом будут верные люди.

И в этот момент я вернулся в подземный зал.

— Я подтверждаю истинность коронации. Стефан Евграфович будет прекрасным императором, — изрек я, и в тишине мой голос прогремел, звонко отскочив от каменных сводов.

Все присутствующие вздохнули с облегчением.

— Да будет так! — грохнул монах и взмахнул руками.

Тут же Шумская обернулась, выдернула из чьих-то рук бархатную подушечку с лежащей на ней короной и с поклоном поднесла ее к Стефану.

Монах торжественно взял в руки золотой обруч и надел его на голову Романкову. Тут же надрывно взвыла магия, пролетела через весь зал и взорвалась разноцветным фейерверком над нашими головами.

— Это честь для меня стать вашим слугой и императором! — Стефан, наконец, встал со стула и низко поклонился всем. — Спасибо, что были рядом в такой момент. Империя вас не забудет.

На этом церемония коронации и закончилась. Сначала из зала вышел новый император, старательно держась подальше от матери, которая так и норовила заключить его в объятия. За ними поплелась ее дочь с опущенной головой. Кажется, она понимала, что все внимание Марфы Петровны теперь достанется ей. Затем потянулись остальные гости.

Настроение у всех было отличное. Последним выходил я и Сапрыкин. Я специально задержался, чтобы сказать ему пару слов.

— Георгий Александрович, — я встал на его пути.

— Не сейчас, ваше сиятельство, — надменно произнес он.

— Подождите, — я не двигался. — Я видел вас, когда держал камень Королей в руках.

Он моргнул, и его лицо стало чуть более человечным.

— Вы все делаете и сделаете правильно. Не сомневайтесь, — закончил я и, круто развернувшись на пятках, вышел из зала за остальными.

И только пройдя до главного зала, вспомнил про бумагу в кармане. Остановившись возле одного из подсвечников, я торопливо вытащил ее и погрузился в чтение.

— Твою ж! Зараза! — только и мог сказать я, когда дошел до последней строчки. — Это же все меняет!

Когда вышел из императорского дворца, первым делом пошел искать Вайсмана. Он мирно дрых на одной из коек стражников.

Пришлось его бесцеремонно растолкать и сунуть под нос бумаги. Следующие пять минут я слушал его ворчание, ждал, пока он найдет очки и прочитает все до последней строчки.

— Простите, ваше сиятельство, без кофе голова не соображает, — прокартавил он. — Тут сказано, что Кухаревы оплачивали хранение шкатулки уже не один год. Но что это значит в глобальном смысле?

— Пошли за кофе, я тебе все объясню, — мрачно сказал я.

Картинка в голове сложилась. По крайней мере, ее часть, касающаяся смерти отца. И от этого было горько.

Через полчаса мы сидели за столиком пустого кафе, которое по недоразумению оставалось открытым в это неурочное время. Сонная хозяйка приготовила нам кофе и выдала несколько вчерашних бутербродов с подсохшим сыром.

— Сам по себе документ ничего не значит, — начал я. — Мой отец получил солидную сумму за хранение артефакта. Кухаревы богаты, но к аристократии, погрязшей в долгах, не имеют отношения. Поэтому и могли отдать столько денег Петровскому.

— Это я понимаю, — кивнул мой помощник.

— Это первое. Второй факт: в истории страны есть момент, когда хранитель под тяжестью взятки выбрал не того императора.

— Получается, кто-то узнал, что ваш отец получил некую сумму, и этот кто-то решил, что он получил эти деньги за предательство? Но кто знал, что скоро может быть коронация? Романков был в добром здравии!