Книга Чудо в перьях, страница 21 – Лев Котляров

Илья еле успел отскочить с пути этого локомотива.

— Татьяна Викторовна, — скромно начал Кукушкин. — Вот, доставил вашу племянницу в целости и сохранности. За сим разрешите откланяться!

— Какой вежливый, посмотрите на него! — расцвета улыбкой тетка и порывисто обняла его.

Илья на секунду ощутил себя манекеном из краш-теста КАМАЗа. Наконец, Татьяна его выпустила из крепких рук и повернулась к батюшке.

— Этих накормить!

Федор едва заметно вздрогнул и будто съежился.

— Проходите, гости дорогие, — смог выдавить он из себя и нырнул в дом.

Кукушкин удивленно пожал плечами и пошел следом.

Внутри обстановка была еще лучше, чем снаружи. Огромный добротный стол посреди просторного зала, два светильника под потолком, горшки с цветами. Чисто и уютно. Из соседнего помещения вышли остальные жители деревни. Регина со всеми поздоровалась, представила Илью. В основном тут были женщины.

Вскоре перед Кукушкиным появилась тарелка с кашей, кусок черного хлеба и здоровенная чашка со сладким чаем. Еще принесли моченые яблоки, свежую зелень, овощи, квашенную капусту.

Жадно набросившись на еду, ребята мгновенно смели все, до чего дотянулись.

— А теперь поспите немного, а то что-то бледные! — всплеснула руками Татьяна Викторовна и повела не сопротивляющихся гостей в другую комнату.

Илье достался узкий диван, а Регине — широкая кровать.

Едва их головы коснулись подушки, они сразу уснули.

* * *

— Нужно торопиться... — шелестел в голове чей-то голос. — Вставай... Пора...

Илья открыл глаза. В доме было темно, но не тихо. Чей-то могучий храп бодро отскакивал от стен и разносился по всей комнате.

Стараясь не шуметь, он поднялся с дивана и, крадучись, вышел в прохладный зал.

— Ну, рассказывай, — густой бас батюшки заставил Кукушкина подпрыгнуть.

Федор хлопнул на стул рядом с собой.

Илья послушно сел, мелком проверил статус над его головой. Дружелюбный.

И открыл рот, пересказывая события последних дней.

Батюшка молча слушал, периодически крестясь. Губы его беззвучно проговаривали молитвы.

— А зов? Чувствуешь его? — в конце спросил он.

— Да. Мне нужно туда, — Илья неопределенно махнул рукой.

— Ну так иди. Мне выходить отсюда нельзя. Женщин беречь нужно.

— Как же вы, батюшка, тогда десятый уровень получили-то? — не удержался от вопроса Илья.

— Тяжело было. Все случилось, когда я молодых венчал. В Церковь ворвался какой-то залетный. Покромсал нескольких здоровенным тесаком. Началась возня. Искорки так и мелькали. Бросился я к нему, а в руках только книга, благо, что в тяжелом наличнике. Ну и приложил вражину со всей силы. Сразу несколько ступеней прошел. Внутри так легко стало, будто с неба благословили. Думал с ума сойду, но молитва помогла. Я заперся в задней комнате. Три дня просидел. Потом слышу — стучит кто-то. А это Глафира Яковлевна. Кричит, что напал кто-то. Я подхватил книгу, вышел, а там девица какая-то вся в крови. Сразу видно, от лукавого — глаза у ней с вертикальными зрачками. Справился быстро.

Батюшка замолчал, сделал хороший глоток из кружки и продолжил.

— Так прошло несколько дней. Всех не уберег. Михалыч последний был. Оставшихся в живых тут поселил. Пришлось зарубить скотину, что без хозяев осталась. Вот так и десятый получил. А ты собирайся и иди. Вдвоем мы тут не сможем жить.