Книга Путь Стратега 8. РеалРТС, страница 63 – Луций Корнелий

Вообще, стиль руководства Иворна можно было охарактеризовать как… крайне контрастный. Он поддерживал в войсках строгую дисциплину и уделял этому много своего личного времени. Сандис внушал страх всем от простого легионера до центуриона. Однако не кнутом единым Иворна управлял. Рядом с наказаниями умопомрачительной жестокости регулярно случались аттракционы невиданной щедрости.

Сандис мог за один день сделать из нищего человека с долгами настоящего богача. Деньги и связи Иворна спасали смертельно больных, освобождали приговорённых к смерти, исполняли самые сокровенные желания.

Это была, конечно, не доброта. Вполне себе холодный расчёт. Иворна Сандис стремился заставить подчинённых заглядывать ему в рот. Стиль управления скорее близкий восточным царям чем наследникам Республики. Дать людям ощутить, что держишь их судьбы в кулаке. Наличие дара стратега, доступного некоторым людям этого мира, лишь подчеркивало практически божественный статус такого управленца.

Иворна требовал абсолютного повиновения. Преданности, на грани с фанатизмом. Не Империи, не какой-то идее, а лично ему. Ради получения этой власти Сандис не только казнил, но и регулярно миловал. Это была попытка избежать, как говорили местные, «ошибки Мардония».

Одноимённый царь славился справедливостью и суровостью. Он навел порядок в своей стране, приструнил казнокрадов, избавился от разбойников. Однако Мардоний был убит своими же приближенными. Теми, кто верно служил ему много лет.

Как-то раз его советники и командир дворцовой стражи допустили серьезную ошибку. Обрушилось недавно построенное здание. Зная непримиримый и суровый характер царя, они понимали, что им грозит жестокая казнь. Решили действовать на опережение, самостоятельно избавившись от Мардония.

Излишняя суровость может воспитать не преданность, но ненависть. К сожалению, Сандис это прекрасно понимал. Даже за косяки не всегда карал сурово, если виновный активно каялся. Рассматривал каждый резонансный случай, прежде чем рубить головы, вызывая у людей некую подобострастную форму поклонения…

Если придётся с ним закуситься, то не стоит ждать, что его войска легко сложат оружие, не желая защищать ненавистного кровопийцу. К этому кровопийце они очень даже привыкли. У каждого третьего значок почетного донора.

Я же общался со своими легионерами иначе. Перед походом толкнул такую речь:

'Воины, нас ждёт тяжёлый путь. Ещё один тяжёлый путь. Не первый для многих из вас и, вероятно, не последний. Спите крепко, ешьте досыта, вспоминайте хорошие деньки, когда мы праздновали триумф в Реге, но не мечтайте вернуться туда. Скрепите свои сердца. Только упорство, терпение и мужество обеспечат нам победу. Особое обращение к тем, кто прошёл со мной Север. Теперь враги опять обычные люди из плоти и крови, прикрытых металлом брони. Но не стоит недооценивать их. Им знаком страх, однако вместе с тем, они знают, что такое осторожность. Не попрут в безумные атаки. Однако ваше мужество и терпение мне хорошо известны. Люди или монстры, вы будете достойно стоять против любого врага.

Рег одержит новую победу и добудем её мы!'

Я специально старался не слишком заряжать эту речь оптимизмом. До боев ещё надо дошагать под палящим солнцем вдыхая сухую пыль. Впереди тяжелая дорога.