Книга Путь Стратега 6. РеалРТС, страница 101 – Луций Корнелий

— Хорошо. Подождем результатов, — мрачно ответил я.

Похоже без гор трупов и пылающих руин в северных провинциях Сенат едва ли будет готов на что-то серьезное. А на что готов я сам? Чем пожертвовать и чем рискнуть ради победы над растущей угрозой? Проблема в том, что кроме Порчи у меня над головой висит Дамоклов Меч гражданской войны. Плюс про Восток забывать не стоит. Я вообще-то буфер между Карром и Сандисом. Кину все на Север и без меня может грянуть гражданка.

Мы перекинулись ещё десятком практически ничего не значащих формальных фраз. После этого Беро решил, что мы достаточно пообщались и отправился приветствовать менее важных гостей.

Я же погряз в коротких, несодержательных беседах о всякой ерунде. На фоне моей хронической тревоги это было настоящей пыткой. Несколько раз я ощущал или мне казалось, что браслет становился теплее. Где-то далеко на Севере монстры и черная магия прямо сейчас уничтожали все живое на своем пути. А великий город наслаждался простыми радостями, не желая верить слишком плохим новостям.

Вроде бы людям дан разум, способный заглядывать в будущее. Он может ошибаться, но некоторые прогнозы слишком очевидны. Однако, когда дело доходит до решительных действий, люди слишком часто доводят все до катастрофической ситуации. И лишь когда мощно полыхает, начинают тушить пожар, который некоторое время назад можно было затоптать одним движением ноги.

А свадьба вошла в зенит. Началась непосредственно главная церемония, во время которой жених и невеста приносили клятвы в присутствии жрецов, призывая богов как свидетелей. На алтаре под цветочной аркой лежали символические предметы: прялка, лампада, кубок с водой, наконечник копья. Первые три муж вручал новообретенной жене, как бы передавая ей свой домашний очаг. Женские дело, воду и огонь. Сам же получал от нее наконечник копья, как символ защиты.

Вообще, церемония была удивительно приличной. Никаких поцелуев и даже объятий. Молодые в конце лишь взяли за руки под крики и аплодисменты публики. Как я понимаю, такое целомудрие — наследие старых порядков.

После церемонии невесту провели по улицам от дома родителей, до дома жениха. Однако я сам и некоторые важные гости уже в этом не участвовали. Мы начали пить. Музыка заиграла громче и веселее, а собравшиеся политиканы приступили к деловым разговорам.

Вскоре из дома жениха явилась большая делегация во главе с Севидием Лиардианом Старшим. Дед был слегка похож на Стилиона, если учесть возраст. Не самого мощного сложения, худой, слегка сутулый, будто бы вечно уставший, он однако, ещё сохранивший в себе угли кипучей энергии. И когда они разгорались, то сенатор начинал говорить громко, уверенно, требовательно.

— Михаир… — с улыбкой произнес он, заключая меня в объятиях. — О сколько славного уже совершенно. О сколько славного ещё ждёт. Ждут тебя улицы Рега. Мостовые, усыпанные лепестками цветов и шумные выкрики толп.

Ему с усмешкой ответил Беро, шедший следом:

— Да ты никак оракулом заделался, Сев?

— Я говорю не о том, что обязательно будет, а о том, что ДОЛЖНО быть, — язвительно ответил Севидий.

Это намек на то, что триумф был мне положен по праву и если меня его лишают, то сие несправедливо.

— И старец бывает нетерпеливым как юноша. — рассудил Беро.