Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 76 – Луций Корнелий

Видение уносит меня прочь от шаддинских сухих равнин и пустынь в знойные, но плодородные земли Империи. Сверху я вижу небольшой городок с невысокой городской стеной почти без башен. Это где-то в сердце Империи. Варварские набеги городку явно не угрожают. Камера пролетает вдоль узкой улицы, заныривая в освещенное окно увеселительного заведения. Внутри наблюдалась картина полного солдатского благорастворения. То есть пьянка, разврат и азартные игры. Ган Тарион собственной персоной резался в кости с… кажется, центурионом когорты копейщиков. Кроме них за широким столом сидели еще четверо, а один лежал головой на столе. То был Ангре. Лица я не видел, но его выдавала светлая шевелюра. Сэйф дремал рядом с опрокинутой кружкой и недоеденным мясом. Из ноги ягненка торчал рукояткой вверх увесистый, богато украшенный резьбой нож. Наверное, трофей с Севера. Напротив Ангре сидел высокий, черноволосый имперец, лицо которого было исполосованно узкими шрамами. На коленях он держал миниатюрную девицу очень понятной профессии. На ее сферу деятельности намекала “одежда” из полупрозрачных полос ткани, за которыми угадывались очертания всяких приятных округлостей.

— Это в бою с монстром? — с глуповатым восхищением спросила она, проводя нежными пальчиками по лицу легионера.

— Н-да… — будто с неохотой ответил солдат.

— Он пытался трахнуть гарпию. — Не отрываясь от игры бросил Ган. — Мясом ее приманить и всунуть.

— В смысле “пытался трахнуть гарпию”? — с некоторой обидой переспросил легионер. — Что значит пытался? Все у меня получилось.

— Тилль умеет! — поддержал его еще один легионер, кажется, из первой когорты.

Я всех в лица не знаю, но его вроде видел среди второго пополнения антесигнанов.

Жрица любви нервно захихикала. Наверное, не такого героизма она ожидала от легионов, вернувшихся с Севера. Или, вполне возможно, боиться, что клиент мог от монстродевки что-нибудь особо лютое подцепить. Однако дальнейшего развития этой истории я уже не узнал. В увеселительное заведение завалились еще восемь человек. Явно солдаты, хоть и без брони. Но легионерские пояса носили почти все, как и кинжалы-пугио.

— Двадцать Первый?! — спросил один из вошедших.

— Двадцать Первый! — хором ему грянули сразу несколько голосов.

Ангре на мгновение проснулся и снова уронил голову.

Вошедшие замерли и какое-то время просто глазели на пирующих легионеров. Обе стороны были изрядно пьяны. Наконец тишину нарушил один из вошедших:

— Глаза в глаза не такие болтливые, а?

— Чееего? — протянул соигрок Гана, морща лоб.

— Пойдем отсюда. Пошли. — вдруг заговорил еще один из вошедших, пытаясь вытащить своего более разговорчивого и пьяного коллегу на улицу, но тот уже разошелся:

— У нас треть легиона ветераны! И не задрипанных северных шлюх гоняли, а стояли на Востоке. Знаешь…

— От задрипанной шлюхи слышу! — ответил ему Ган и общение резко стало невербальным.

То есть началась драка.

Словоохотливый гость попытался подскочить и пнуть кого-то из сидящих легионеров Двадцать Первого, но алкоголь сильно дебаффнул его ловкость. По итогам он запнулся, а после встретился лицом с кулаками любителя гарпий. Началась общая свалка. На стороне гостей был численный перевес, но "хозяева поля" явно превосходили их по статам. С глухим звоном разлеталась глиняная посуда, визжали шлюхи задрипанные и не очень, в общем происходила довольно стандартная кабацкая драка, каких по империи случается немало каждый день. Уверен, что еще минут десять и, хорошенько набив друг другу физиономии, легионеры вполне могли даже помириться и продолжить пить совместно. Однако случилось нечто нехорошее.