Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 49 – Луций Корнелий

Белые искры, ранее изображавшие нейроны, метались вокруг него как обезумевшие светлячки. Направитель Великого Пламени. Магический посох Гилама слабо мерцал и, кажется, издавал низкое гудение. Странное, но будто неуловимо знакомое лицо магистра сосредоточенно направляло на меня взгляд немигающих черных линз, способных видеть мириады звезд. Холодный пот выступил на спине. Я понял, что предо мной существо, может быть, даже менее человеческое, чем Лав или Хорт. Маг был когда-то одним из нас. Звездочетом, которого мучила лихорадка. Но то было тысячу лет назад. Все это время Гилам шел путем, недоступным для обычных смертных. И, как мне кажется, он зашел по нем дальше чем Азард, Утред и Нэл. Чего он хочет от меня? Чего пытается добиться эта древняя тварь?

Словно прочитав мои мысли, Гилам неприятно оскалил идеально ровные зубы.

— Ваша судьба уже послужила во благо дела магии. — снисходительно заверил он. — Вы сами не заметили, уважаемый стратег, как совершили самый важный свой поступок. И это не оживление Сердца. Истории, записанные в башне около города Нев адептом Дестом, дошли до нас и всколыхнули умы. Доказательства существования разумной недемонической жизни в иных мирах. Кое-кто готовит большую речь, чтобы зачитать ее перед Витенагемотом.

— Вот как… Рад за вас. Приятно, что сумел немного развлечь скучающий бессмертных.

Гилам поднялся и выступ, на котором он сидел, рассыпался паром. Холодный горный ветер подхватил эту пыль, унося прочь от нас. Маг стоял передо мной. Высокий, худой и объятный красноватым мерцанием.

— Завтра она вам поможет, а потом скажите, что хотите остаться во Дворце насовсем. Вот мой совет. Здесь ни одно существо в мире не сможет вам навредить. Мы передадим Сенату весть, что имперский стратег Михаир умер, пораженный проклятьем. Север доконал своего Палача. Будет и труп. Изуродованное тело, однако сохранившее узнаваемые черты. Вы однажды начали жизнь заново. Ваша третья жизнь, уверяю, будет проще двух предыдущих.

— И что дальше? Стать магов? А если у меня не получится, то сойду с ума или умру?

— Не обязательно. Стратег бы нам тоже пригодился в долгосрочной перспективе.

— Собираетесь начать глобальную войну, магистр? Завоевать мир, который когда-то решил не покорять Азард?

— Богатая фантазия и едкое чувство юмора. Это делает вас интересным собеседником, но неприятным человеком. Учтите мой совет, когда дело дойдет до дипломатии. Или вы готовы принять мое предложение?

— Лав, то есть Лавертия уже пыталась меня завербовать.

— Мне это известно. Тогда вы мало знали о нас. Было вполне логично отказать. Сейчас ситуация изменилась. Так ведь, уважаемый стратег? Не думаете изменить и свое решение?

Я колебался. Несколько секунд колебался, перебирая в голове все за и против. Рациональные и эмоциональные аргументы, а затем все же ответил.

— Я плохо переношу бездействие. У меня еще осталось слишком много счетов и планов, чтобы просто раствориться. Но, если у вас в “долгосрочной перспективе” появятся интересные предложения, то буду рад их выслушать.

— С одной стороны стратеги — воплощение рациональности, но с другой стороны они сосредоточение интересов толпы. Избранники богов. Твой ли разум принял это решение или к нему тебя склоняет желание исполнять свою функцию для общего сознания человечества?