Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 154 – Луций Корнелий

Уже на рассвете одна из птиц гибрида-дриады была убита в воздухе ручным соколом кочевников. Происходило ослепление наших сил, с которым я пока ничего не мог поделать. Под стены лагеря враги пока не подходили. Кружили где-то по радиусу 6-7 км. Изредка пытались припугнуть наши разъезды, но активных действий не предпринимали.

Активные действия начались днем после полудня. Даже мои прижатые к лагерю патрули заметили, как где-то в 6 км от нас появились многочисленные пешие отряды, обозные повозки и вьючные верблюды шаддинцев. Все это происходило уже за валом Карра. Отряды шаддинцев начали приготовление места под укрепленный лагерь.

Я провел небольшой совет с центурионами, командирами ауксилии и легатом.

— Это очевидная попытка нас выманить. — заявил Поций.

Я был с ним полностью согласен. Келим и его коллеги могли поставить лагерь в 10км или прижать наши конные патрули ближе к стенам, но они специально оставили нам обзор и подвели пехоту в его радиус.

— Худшее, что можно сделать — отправить туда небольшой отряд. — заявил легат Кайс. — Такие действия стоит либо игнорировать, либо атаковать в полную силу. Может, там сейчас и немного вражеских войск, но конница легко совершает маневры.

Словоохотливость легата моих командиров явно раздражала, хотя они пока держали это при себе. Кайс проговаривал много банальных и очевидных вещей, словно мы зеленые новобранцы. Однако опасения его патрона можно понять. Карр знает, что мы неплохо показали себя против северян. Только вот шаддинцы противник совершенно иного уровня силы. Тактика, которой можно легко разгромить племенное ополчение северян, против шаддинцев приведёт только к гибели легионов. Особенно на такой открытой местности, где как выразился Ангре: вольно скачет конь и свободно летит стрела.

Несколько минут мы просчитывали варианты событий. Люди вспоминали, как может действовать вражеская лёгкая кавалерия и что мы ей способны противопоставить. Постепенно на стыке мнений рождался компромисс. Не общеимперский, но все же. По завершению мозгового штурма я выдал общий вердикт:

— Значит мы пойдем большой силой. Понимаю, что это лишь провокация, но слишком много свободы давать врагу нельзя.

Не могу сказать, что это сражение было очень стратегически необходимо, но мои люди рвались в бой. После долгих маршей, отдыха и переходов им поскорее хотелось столкнуться с врагом. И подобный бой будет иметь важное значение для морали нашей армии. Даже некоторые потери в таком столкновении лучше для настроя войска, чем позволить себя запереть в лагере и не решаться выйти против лёгкой кавалерии.

Значит будем выходить. Бросим вызов степнякам Келима и саваран оседлого Шадда.

— Но атаковать мы станем, только когда будем уверены в успехе. — добавил я. — Начинаем подготовку, а пока стоит дать солдатам отдых.

То, что шаддинцы там сумеют укрепиться меня не сильно волновало. Пусть. Перспектива штурма их лагеря не так уж плоха, учитывая наше превосходство в тяжелой пехоте и артиллерии. Тем более ничего кроме вала в голой степи им не соорудить на скорую руку.

Подготовка продлилась где-то пять или шесть часов. Все это время ударная группировка отдыхала. Я собирался взять с собой Двадцать Первый легион целиком, а также по половине от Шестнадцатого и Двадцать Четвертого. Плюс много ауксилии, в стрелков.