Книга Путь Стратега 2. Армия Зла, страница 301 – Луций Корнелий

Мы устроились на одной из трибун. Издалека за нами наблюдали несколько ликторов. Трое обычных людей и один с подавлением аж на 3,4. Статы тоже неплохие. Выше тех, что когда-то ходили в охране Стилиона.

И вскоре показался, видимо, работодатель “Тева”. Из особняка вышла фигура в темно-красном шелковом плаще и маске. Система не смогла почему-то считать его.

— Доброй ночи, стратег Лимеса Север Михаир. — произнес незнакомец, приближаясь к трибуне плывущей походкой.

Его голос искажала и лишала эмоций магия. Похожим пользовались гробничники.

— А как обратиться к вам? — спросил я, не очень надеясь на ответ.

Если бы мой собеседник хотел представиться, то не носил бы заколдованной маски.

— Анонимный доброжелатель. — ответил незнакомец, садясь справа от меня.

Слева сидел “Тев”.

Доброжелатель, подославший ко мне демона-убийцу. С такими друзьями враги не нужны.

— Можно вопрос насчет вашей маски. Если подобную маскировку надену я, то будут ли другие стратеги распознавать меня на карте?

— Будут. — огорчил меня доброжелатель. — Есть способы скрыть стратега от других на карте войны, но они не позволят вам использовать дар.

Тем временем вокруг сцены зажглись яркие жаровни, зеркала за которыми направляли свет в центр. Из ниши за каменной площадкой донеслась музыка. Последний раз я был в театре вместе с Азардом. Теперь вот в сопровождении древнего демона и какого-то анонимного интригана. Интересный у меня подход к культурной программе.

— Пьеса очень известная, хотя не самая популярная. — просветил меня “Тев”. — Нумий Терегий. Оплата.

— Нумий был вольноотпущенником. — добавил анонимный доброжелатель. — Но получил прекрасное образование и был отмечен большим почетом за свой талант. Сообразно с тем обществом, в котором вращался поэт, его пьесы отличаются значительно большей чистотой и благородством языка, чем многие комедии. Слог Нумия был до такой степени изящен, что враги поэта распускали слух, будто ему помогали в составлении комедий лучшие ораторы Сената того времени. Терегий старался избежать в произведениях всего непристойного. Именно это морализаторство отталкивает зрителей из простого народа.

Ага. То есть пляшущих полуголых девиц как в пьесе у Азарда ждать не стоит.

— Вы не имперец по происхождению. — продолжал доброжелатель. — Очень много времени провели в варварской глуши. Вам стоит уже приобщиться к высокой культуре.

— В этой пьесе есть любопытные моменты. — многозначительно добавил “Тев”.

Ну ладно. Будем приобщаться к культуре.

На сцену вышла актерская труппа в довольно дорогих костюмах. Яркие ткани разных цветов, бутафорское деревянное оружие, крашенное под золото или серебро, самые настоящие доспехи. Однако, если честно, все действо показалось мне немного странным. Люди двигались медленно. Будто слишком величаво. Но может, это просто традиции местного театра.

Пьеса тоже оказалась не совсем обычной. Ни как такового сюжета, ни постоянных персонажей. Набор небольших историй, рассказанных в обратном хронологическом порядке. То есть от событий относительно современных и все дальше во тьму веков. Истории были объединены темой предательства, а также расплатой за него.

Действо озаглавил актер, видимо играющий роль Азарда.

Человек в красном плаще и с посохом-фонарем вышел в центр площадки, чтобы объявить: