Книга Идущий в тени 8, страница 36 – Марк Амврелий

Штаб не выделялся среди остальных палаток, а посему, возможности как-то вычленить палатку командования среди прочих, помимо непосредственного и глубоко изучения лагеря — не было.

С задачей пришлось повозиться, однако, спустя час я нашёл некую закономерность в уверенно бегущих единичных людях.

Чуть поразмыслив, решил, что это посыльные, а к кому, как не к командованию им идти? Проследив за примерно пятью десятками курьеров, я выбрал основные точки сбора групп командования и нашёл основной штаб.

Прослушав вполне логичные и разумные планы по захвату города, отправился к провианту. Разведка уже проведена, самое время приступать к делу. Пройдя про продуманному маршруту, разложил яд так, чтобы он стал активен одновременно, после чего вернулся к шатру командования, от которого начал наблюдать за происходящим.

Прождать пришлось примерно час до того момента, когда весь лагерь пришёл в движение, приступая к вечернему поглощению пищи. Вода, медленно, но верно стала распространяться по котелкам, бочкам и бурдюкам воинов, уготавливая им незавидную участь. Дождавшись, когда ужин закончится и большая часть солдат разойдётся по своим палаткам, выждал пол часа и приступил к грязной части операции.

В шатре были семеро, они сидели за столом, обсуждая планы. Выбрав траекторию движения, я рубанул первых двух противников. Не успели ещё их тела наклониться, чтобы упасть на землю, как я уже перелетел через стол, чтобы вонзить клинки в соседнюю пару человек, после чего использовал вальс в тени, убив пятого и шестого из сидящих за столом. К сожалению, обновки, помимо нереального бафа статов принесли и одну проблему. Урона было столько, что вальс в тени просто не работал как следует, так как противник умирал с одного удара. Да, на каких-нибудь противниках, что отличаются большим запасом здоровья, например, тех-же боссах данжей — это будет круто, но в битве против толпы… придётся придумать что-то иное. В прочем, сейчас это сработало как надо. Я уже замахнулся для удара по последнему противнику, но тот успел тихо сказать.

— Стой.

Я замер, готовый в любой момент ударить, однако медлил, сам не зная почему. Парень же, что сидел передо мной, видя, что я не бью, продолжил так же тихо говорить.

— Я не буду кричать. С честью приму уготованное. Только скажи — за что? Почему? Я же вижу, ты не местный.

— Таков был уговор с богиней, что правит тем городом. Она мне дала доспехи, я же взамен должен даровать им возможность победить.

— Даже не победу? Возможность?

— Да. Она мне не нравится от слова совсем. Не окажись я в роли просящего у неё, меня бы тут не было. А то и наоборот, был бы в вашем стане.

— Это грустно слышать. У меня к тебе просьба. Хоть ты и наёмник, я чувствую, что ты человек чести и я могу тебе довериться. Возьми вот эту карту, там отмечено моё родное поселение. Помоги им, пожалуйста. Перед походом, мне пришло письмо от матери, у них беда. Я не успел никому об этом сказать. Понимаю, что ты не обязан, да, и заплатить мне нечем. Но прошу. Вот, возьми мой медальон. Он достаточно стар. Думаю, что и ценен. Пусть я цену и не знаю. Возьмёшься?

— Да.

Я протянул руку, взяв амулет и карту, взглянул в глаза воину и закончил рубящее движение. Голова воина упала, в полёте шепча «спасибо».