Книга Идущий в тени 7, страница 86 – Марк Амврелий

Сев, постарался осмотреться, но в голове была такая муть, что различить хоть что-то не предоставлялось возможным. Прикрыв глаза, стал разгонять туман в голове. Муть покидала сознание медленно, неохотно, словно разум находился в липкой паутине. Мою медитацию прервал звон цепей, что донёсся с левой стороны. Повернув на звук голову и напрягшись, разглядел-таки в темноте силуэт. Разобрать деталей всё ещё не мог, зато это смог сделать сосед.

— Мираж?

Смутно знакомый голос прозвучал под сводами темницы, в прочем, о том, кто являлся владельцем сего голоса, особо гадать не пришлось.

— Никита?

— Он самый.

— Знаешь, у тебя плохая карма, я тебя постоянно встречаю в какой-то заднице.

Ответом мне послужил раздавшийся под сводами сиплый смех, который весьма быстро оборвался, перейдя в кашель.

— Я буду признателен, если вытащишь меня и из этой задницы.

— Вытащу, дай только в себя приду, а то в голове такая каша, я даже тебя рассмотреть не могу.

— Если есть вода — попей. Ну и я бы от пары глотков не отказался. Тебя же сюда в сознании вели?

— Да.

Я достал бурдюк с водой и сделал десяток больших глотков. В голове действительно посвежело, так что я смог даже видеть что-то вокруг себя. Передав сосуд Никите, к которому тот тут же припал, осмотрелся вокруг.

Глубокий вертикальный спуск вниз, оканчивался зловонной кучей, приземление на которую и не дало мне разбиться насмерть. Справа и слева от спуска находились ниши, нечто на вроде открытых камер. Там, в дальних углах были вкручены массивные скобы, к которым в свою очередь крепились цепи. С левой стороны был прикован уже известный мне Никита, с правой стороны лежал искалеченный мужчина, что находился без сознания. В конце же пещеры, в насмешку над теми, кто был прикован, висели шахтёрские инструменты, что при некотором умении и упорстве могли бы помочь пленникам освободиться. Вот только длины цепей не хватило бы, чтобы их достать не при каких условиях. Поиздеваться над пленниками здесь явно любят. Вот только меня они не приковали, что большое упущение с их стороны, и вот эту мысль я и озвучил Никите. Тот допил воду и откинувшись, стал повествовать последовательно.

— Те руны, что на стенах, это не просто светильники, это система безопасности. Пока ты идёшь, ничего не подозреваешь, просто в один момент отключается сознание и всё, ты считай овощ. При этом на самих дворфов это не действует, благодаря завариваниям, что накладывают ещё в детстве. Что же касается того, что тебя не приковали, тут не сказать, что они маху дали. После рун быстро в себя не приходят, подъём огромный, не забраться. Учитывая же, что здесь места все заняты, тебя прислали как еду…

— Здесь и такое практикуется?

— Угу. Лучшие друзья друг друга съедали. Они не рассчитали, твой статус в отношении меня, и то, что Рыжий без сознания. Ты, конечно, пришёл в себя достаточно быстро, но и имеющегося времени хватило бы забить камнем…

Встав, предложил Никите еду и стал потихоньку разминаться, приходя в себя.

— Этот Рыжий, стоящий мужик?

— Да, но его сильно подкосило заточение, головой он тронулся малость.

Раз так, отпускать его пока не стану, но зелье исцеление в горло влил, чуть отойдёт, дам ему еды. Если совсем с катушек не слетел, постараюсь помочь. Если совсем всё плохо стало, то прерву его страдания. Насовсем.