Книга Задача - выжить, страница 42 – Лев Котляров

— Ваше сиятельство, — с опаской начала она, — ужин скоро подадут.

Она была бледнее обычного.

— Лизонька, все в порядке?

Горничная аж отпрянула от моего вопроса.

— Все хорошо, ваше сиятельство! — выпалила она и юркнула за дверь.

Что-то мне совсем не нравиться изменения в поведении прислуги. С твердым решением разобраться в этом вопросе, я прошел в главную столовую. Там меня ждал довольный Вяткин.

— Как хорошо, что я вас дождался, Алексей Николаевич! Вы все задания выполнили?

— Конечно, Прокофий Андреевич. А вы так и не проверили?

— Вот после ужина как раз собирался. Возникли ли у вас вопросы к материалу? — он выжидательно посмотрел на меня.

Я в ответ отрицательно качнул головой.

— Вот подумываю, раз вы и без меня так хорошо справляетесь, то, может я и не нужен уже больше.

— Что вы! Прокофий Андреевич, мне интересно обсуждать с вами мировую политику и историю государства. Где еще мой отец сможет найти такого учителя.

На мгновение показалось, что я перегнул палку — Вяткин не перестал улыбаться, но глаза его были печальны.

— Может быть, у вас есть какие-то иные планы? — решил уточнить я.

— Совсем нет! — излишне поспешно сказал он. — Все мое внимание исключительно для вас!

Лизонька внесла поднос с блюдами, но только на меня одного. Я хотел было попросить ее поставить приборы и для Вяткина, но он вдруг сам притянул к себе супницу и отпил прямо из половника. Девушка изумленно ахнула, приложив ладони к щекам. А я сидел, открыв рот. Прокофий Андреевич явно был не в себе.

Вяткин скривился, приложил салфетку к лицу и с грохотом накрыл суп крышкой.

— Голубушка! — сказал он. — Передай Анисию, что это совершенно невозможно есть! Откровенная гадость!

Я окончательно опешил. Наш повар отличался отменным умением готовить. Хотел было сам попробовать, но Вяткин так на меня посмотрел, что ложка сама выпала у меня из рук. Лизонька дрожащими пальцами взяла супницу и, роняя слезы, выбежала из столовой.

Прокофий Андреевич встал из-за стола, вежливо мне поклонился и на прощание произнес:

— Раз здесь нормально не поесть, пойду в сад, есть груши. Алексей Николаевич, вы местные фрукты не желаете отведать?

Я не успел ответить, а он уже скрылся в дверях. С места не двинулся — не собирался играть с ним в догонялки. Да поведение Вяткина откровенно пугало. Во мне вдруг проснулся ребенок, который хотел спрятаться под одеяло и трястись под ним от страха.

— Ничего не понимаю! — проговорил я в пустоту.

После, подхватив со стола пару румяных яблок, пошел в свою комнату. На этот раз никаких заклинаний на двери не было. У меня уже не было сил удивляться и я просто завалился на кровать и заснул беспокойным сном. Раз за раз открывая в ночи глаза, меня мучил только один вопрос — что происходит в этом имении?

В предрассветных сумерках дрема окончательно от меня сбежала. Я встал, умылся, привел себя в порядок, зачем-то уселся за стол. Поймал себя на мысли, что нужно набросать план вопросов к Лискину. Следом мелькнуло, что я чем-то похожим уже занимался. Как раз перед ужином. Поискал нужный лист бумаги, но его нигде не оказалось. Приснилось, что ли?

В голове царила каша из разрозненных фактов, которые никак не желали складываться в единую картину. Реальность и собственные мысли сплетались друг с другом, путали меня.