Книга Тайны Брушвитца, страница 43 – Дан Гришин

— А если серьёзно? — пропустил мимо ушей издёвку крыс.

— Будем спать по очереди. Полезет — получит по морде.

— Мне бы твою уверенность, — поникшим голосом молвил крысолюд.

— Надо было уезжать с Зораном. Теперь нечего ныть.

— Я и не ною, — обиделся крысюк. — Просто говорю.

— Лучше помалкивай и займись делом.

— Каким?

Огр потянул из кучи мусора одну из сохранивших какую-никакую крепость балок, ответив буднично:

— Да хоть одним из своих любимых — поиском сокровищ.

Крысолюд скользнул оценивающим взглядом по невзрачным руинам:

— Тут ничего нет.

— Мне без разницы, — слегка раздражённо буркнул Грум, перекрывая брусом проход. — Главное — не мешайся под ногами.

Скорчив недовольную рожицу, Кьярт без особого рвения принялся заглядывать в кусты. Увидев уцелевшую глиняную черепицу, он перевернул её, обнаружив жирного дождевого червя. Схватив добычу, крысюк двинулся вдоль стены к противоположному углу. Откусив от склизкого червя половинку, он, наслаждаясь сочным мяском, с улыбкой наблюдал за корчащейся в его пальцах второй половинкой, пока та не выскользнула, упав вниз.

— Куда это ты собрался? — тихо сказал крысолюд, наклонившись за жертвой.

Он внезапно высоко подпрыгнул на месте и отчаянно закричал, сразу же метнувшись к огру.

— Что случилось?! — встрепенулся Грум, оглядываясь по сторонам и держа в руках длинный брус, словно это было копьё.

Обнимая здоровяка за ногу, Кьярт указал пальцем куда-то в сторону:

— Там… там чьё-то лицо… на земле.

— Лицо?! — удивился огр. — Тебе, видимо, померещилось.

— Пойди посмотри! — потребовал крысюк.

Отбросив балку, Грум на всякий случай взял дубину и направился к указанному месту. Он тоже увидел на земле лицо, но не испугался. Присев, огр поддел ногтем край лица, вынув из почвы каменную пластину. Протерев её ладонью, он радостно объявил:

— Это же лик одного из Святой Троицы!

Отложив пластину, Грум подошёл к стене и принялся срывать лозу — под зелёным ковром растительности выявился повреждённый, но всё ещё различимый барельеф.

— Что это? — изумился Кьярт.

— История Пилигримов, приведших в этот мир всех разумных существ, — пояснил огр. — Это не обычное здание, а храм — таких много в Виренделле, и все они одинаковы. Где-то под грудой мусора должен быть жертвенный алтарь.

— Там спрятано золото?! — возбудился крысюк.

— Не мечтай, — улыбнулся Грум. — Те, кто разрушил храм, сначала его ограбили.

— Думаешь, на это поселение напали?

— Уверен. Даже знаю кто.

— Кто?

— Отступники. Лишь у них могла подняться рука на святыню.

— А вдруг это сделал тролль? — засомневался крыс.

— Рыцарь в замке герцога упоминал про мятеж Отступников — значит, это их рук дело. Об этом также свидетельствуют повреждения на стене — явные следы от молотов. И случилось это около семидесяти лет назад, а чудище объявилось здесь недавно.

Грум только что затронул тему об Отступниках — это было общество людей, несогласных с зародившейся на Виренделле общепринятой религией. Отступники отказались воспринимать Святых Пилигримов за божеств, считая тех обычными магами. Семьдесят три года назад сие движение набрало такой популярности, что волна религиозного восстания окатила весь материк. Разрушались храмы, воздвигнутые Святой Троице, и нередко вместе с поселениями, где оные находились. Не миновала печальная участь и простых людей, как веровавших, так и тех, кто пытался остановить обезумевших от пролитой крови ренегатов. Правители государств жестоко подавили мятеж, не пощадив ни одного бунтовщика, будь тот даже дворянского рода. Предводитель восставших — некий человек по имени Птолемей, — которому за короткое время удалось заразить умы тысяч людей своей идеей, бесследно исчез, заранее предугадав провал затеи. Никто даже не знал истинную причину ненависти Птолемея к Пилигримам — он боролся за отмену запрета на магию. По легенде, перед тем, как покинуть этот мир, Святая Троица строго-настрого воспретила первым переселенцам пользоваться магией, что стало главным законом для всех жителей Виренделла. Наказание нарушителям было одно — смерть.