Книга Цветы пиона на снегу. Том 5, страница 87 – Моргана Маро

— Надо же, не припомню, чтобы ты перед кем-то вставал на колени, – заметил Лаожэнь.

— Если я заслужу мольбами твое прощение, то я готов на это, – пожал тот плечами.

Не сумев скрыть удивление, Лаожэнь поспешил наполнить пиалу вином.

— Помнишь, как мы встретились?

— Да, – кивнул Байчжу. Он сделал глоток прямо из кувшина с вином. С уголка его губ стекла прозрачная капля, прочертив дорожку вниз и скатившись по шее. – Маленький бесполезный ветерок, что никак не хотел отставать от меня. Тебя так привлекал запах смерти, которым от меня разило?

— Ты мне был интересен. Редко встретишь демона, который не боится даже Хаоса и готов бросить вызов ему лично.

— Так тобою движет любопытство? Занятно.

— Я дух, мне неподвластны чувства, – напомнил Лаожэнь.

— Да-да, ты часто это повторял, – хмыкнул Байчжу. – Вот только в бою было не похоже, что у тебя нет чувств.

Лаожэнь поперхнулся вином, закашлялся и хмуро уставился на заметно повеселевшего Байчжу.

— Я слишком стар для наших сражений.

— Ты дух, – на этот раз напомнил Байчжу, – а духи не стареют. Правда, они и эмоций не испытывают, но я уже давно понял, что Люй Цинь особенный.

— Не говори так. Я лишь умело копирую эти чувства, не более, иначе люди бы давно все поняли.

Хоть Лаожэнь и сказал так, отчасти он и сам сомневался в правдивости своих слов. Он видел, с каким трепетом и любовью принцесса Юэ ждет пробуждения Цзинь Хуэя, а она ведь старейшая из духов.

Может, сильные эмоции настоящие духи и не испытывают, но дружеская привязанность им свойственна. Иначе Лаожэнь не стал бы так отчаянно искать способ вернуть Байчжу в сознание.

Демон внезапно качнулся и упал на спину. Сощурив глаза, он с довольной усмешкой смотрел на замершего друга. Тот лишь вздохнул:

— Ты хуже Господина…

Байчжу не сдержался и хохотнул, положив ногу на ногу и покачивая ступней. Даже не верилось, что рядом с Лаожэнем лежит гроза всех Царств, способный расколоть горы одним движением руки и стереть тысячи жизней своим вздохом. Боялся ли его Лаожэнь? Нет, ничуть, лишь чувствовал легкую досаду, что по прошествии стольких лет так и не приблизился к силе старого друга.

— Люй Цинь… – специально растягивая его имя, позвал Байчжу. Он напоминал довольного кота, разве что не мурлыкал под нос.

— Что?

— А ты помнишь, как мы встретились?

— К своему несчастью, да.

— Я тоже, – негромко произнес демон. – Когда я был в беспамятстве, то много раз вспоминал нашу встречу. Она не давала темной ци окончательно забрать мое сознание. Я рад, что встретил тебя тогда.

— Рад? Неужели?

— Мне было скучно, а тут появился ты. Маленький слабый ветерок…

Лаожэнь закрыл глаза, и перед глазами предстало старое воспоминание.

«С лезвия гуань дао стекала кровь, черными смоляными каплями падая на сухую землю и впитываясь в трещины. Последний убитый демон упал и больше не двигался, слепо смотря на оранжевое небо с красной луной.

Смахнув с лезвия кровь, Байчжу шумно выдохнул, и слабый ветерок коснулся его головы, убрав с лица прилипшую прядь волос.

– Снова ты? – нахмурился демон, смотря, как позвякивают бубенчики на гуань дао. – И не надоело ходить за мной?

Ветерок ничего не ответил. Он не имел ни мыслей, ни сердца, ни тела. Слабый, ни на что не годный ветерок, отбившийся от сильного ветра и приставший к могущественному сыну Хаоса. Пускай у него и не было сознания, он отчего-то не спешил продолжить свой путь, а преследовал Байчжу уже второй месяц подряд.