Книга Как достать архимага 6, страница 104 – Лев Котляров

Слой единой силы начисто отделил одну реальность от другой, изолируя от любого вмешательства.

Я облегченно перевел дух, ведь заклинание почти перестало тянуть из меня силу. Остался лишь тонкий зазор, через который оно могло подпитываться. Вопрос совершенно ничтожного количества силы, почти столько же, сколько трава вытягивает сок из почвы.

Действие второе — стабилизация.

Вася хоть и очень мощная магичка, но все еще не опытная. Поэтому мне пришлось аккуратно изменять ломкие нити силы на прочные. Другие — наращивать, скрепляя их обрывками единой магии.

Принцип был прост: каждый элемент реальности, будь то рост травы, дыхание мини-Алексея или горение магического шара под крышей — должны были замыкаться сами на себя внутри их реальности, образуя замкнутый цикл. И вся сила, потраченная на каждое действие, после его завершения возвращалась, запуская следующее.

Самоподдерживающаяся система.

Это была ювелирная работа. Пот заливал глаза, а в ушах стоял звон. Я видел, как в миниатюрном мире наступил вечер, зажглись огни в окнах. Мини-я вышел на порог своего дормеза и, запрокинув голову, смотрел на звёзды. На свои звёзды.

Наблюдать за этим было отдельным удовольствием. Я был тут и там одновременно. Но внутри второй реальности — отдыхал. Напоминало наблюдением за рыбками в аквариуме. Только вместо рыб — были мы.

Последний и самый сложный элемент — защита от разрушения. Если суть реальность начнёт разрушаться, она не должно взорваться или стереть все в «ничто». Моя единая сила, обволакивающая сферу, сыграла роль буферной зоны. В случае дестабилизации она должна была мгновенно схлопнуть внутреннюю реальность, а затем рассеять её энергию в небытие без ударной волны. Безопасный аварийный клапан.

Я закончил. Тишина, наступившая после умственного гула, была оглушительной. Мини-дормез все еще висел передо мной в воздухе, но теперь он выглядел не как игрушка, а как нечто завершенное, цельное. От него не исходило дрожи или гула. Он просто был.

Васина реальность дышала самостоятельно.

Я открыл глаза и чуть не рухнул. Лабель подхватил меня под руку.

— Алексей Николаевич! Вы… вы его… законсервировали? — прошептал он с благоговейным ужасом.

— Стабилизировал, — выдохнул я, вытирая лоб. — Теперь это самостоятельная система. Она питается фоном и живёт по своим законам. И, — я посмотрел на Василису, — она больше не угрожает ни тебе, ни нам, ни миру.

Вася подошла и присела рядом с мини-дормезом. Она протянула палец, но не дотронулась. Её лицо было печальным и восхищенным одновременно.

— Они… навсегда там?

— Пока хватит фоновой магии в этом месте. Месяц. Год. Десять лет. Век. Не знаю.

— Значит, они живы. И будут жить свою жизнь, не подозревая о нас, — кивнула Вася, продолжая наблюдать за котами и остальными.

Григорий молча стоял в стороне, глядя на свою уменьшенную копию, которая что-то пилила у стола в свете окошка.

— Жутковато, — сказал он, наконец. — И гениально. Вася, ты… монстр. В хорошем смысле.

Василиса вздохнула. Усталость и обида, казалось, ушли, сменившись странным, горьким удовлетворением.

— Леш, ты понял, почему я не люблю использовать силу?

Я кивнул. Давно же знал, но теперь убедился. И решил рассказать остальным, в первую очень ее учителю.

— Потому что для тебя магия не инструмент. Она прямое продолжение желания. Ты не плетешь заклинания. Ты просто хочешь, и оно происходит. Без нитей, узлов и правил. И когда желание сильное — как сегодня, из-за обиды — рождаются вот такие непредсказуемые чудеса. Опасные и прекрасные. Тебе не нужны учебники, Вась. Тебе нужен инстинкт. Понимание последствий. Чтобы следующее твоё «хочу» не привело к чему-то, что уже нельзя будет стабилизировать.