Книга Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь, страница 51 – Инна Бабушкина

— Андреаса, - я нахмурилась, предчувствуя совсем нехорошее. По имени в книгах кого попало не называют. Порой даже невестам подобное запрещено: кажется, Мирабель только в брачную ночь сумела так обратиться к принцу. Так… с какой стати он сбивает меня с толку? - Я…

Отчего-то договорить он не смог… нет, я понимала отчего.Отчетливо и очень тесно - его губы были заняты моими. Столь хищно и стремительно он приблизился, что я не успела ничего заметить, как он уже аккуратно и неотвратимо терзал мои бедные и, наверняка, в этом мире никем нетронутые губы.

Торвин был нежен, но жадность и ненасытность прослеживались в том напряжении, с каким сжал он мои плечи, а затем и прижал к спинке дивана.

Я же не могла ни о чем думать, кроме как о той сладости, которая разливалась по телу. Словно нектар… нет, настоящий яд! Парализующий и проникающий в голову - я не могла ничего предпринять, кроме как отдаваться движению этих уверенных губ и притягивать к себе герцога еще ближе... чтобы он никогда не подумывал о том, чтобы отдалиться от меня.

— И к чему были эти игры? - шепнул он чуть насмешливо, но… ужас проснулся в моей груди, отрезвляя.

Я совершенно точно знала, кому принадлежит сердце этого мужчины. И если он сейчас уверен, что я не помогала ему в завоевании возлюбленной, а пыталась привлечь его внимание… господи, да где же я опять ступила не туда!

— О чем Вы? - с трудом сумела оттолкнуть Торвина, что уже не просто прижимал к спинке дивана.

Я оказалась вполне себе распластанной под телом собеседника, а рукав с одного плеча катастрофически съехал, представляя меня совсем не в благочестивом свете.

— Ваши слова, жесты… Вы просто не могли не знать, как легко Ваше обаяние проникает в мое сердце…

"Как легко Вы очаровываете мужчин - грязная манипуляторша" -недобро перевела его слова на человеческий язык.

— Вы меня неверно поняли, - пролепетала так уверенно, словно парой секунд назад не цеплялась за него как за последнюю надежду на жизнь. Мужчина тоже это подметил, успокаивающе качая головой.

— Нам ни к чему более это притворство, графиня, - обвел мою скулу осторожным движением, и я наконец поняла.

Стоило в его глазах вспыхнуть голодному огню, я в самом деле поняла.

Это просто голод. Мужской, сексуальный. Такой, какой испытывают не к избраннице - хотя и к ней тоже. Нет, это просто желание… поиграть? Позабавиться? Да, просто приятно провести время с…

— Любовницей, - презрительно усмехнулась, прикрывая глаза, чтобы успокоить весь гнев, с которым хотела выцарапать мужчине глаза.

— Прости?

— Хотите сделать меня любовницей, - повторила уверенней и в одно мгновенье наконец сумела выползти из-под мужчины - совсем не гордо.

Скорее крайне унизительно и неловко: плюхнулась задом на пол и на корточках отползла, с трудом поднимаясь на шатающейся на ноги. До них еще не дошел весь позор откровения.

— Вы уж меня простите, Ваша Светлость, если ненароком ввела в заблуждение, - я боялась поворачиваться к нему лицом. Остерегалась, что стоит лишь взглянуть ему в глаза, как из собственных хлынут слезы… унижения и обиды.

Ей - любовь, свадьба, верность, а мне… возможность согреть ему ложе до замужества. Какая мерзость!

— Но все мои намерения были кристально чисты: я собиралась помочь Вам заполучить сердце миледи и…, - я хотела добавить, что и впредь буду его помощницей, но ком встал поперек горла - я даже дышать не могла.