Книга Случайные. Я тебя найду, глупая, страница 19 – Елена Архипова

— И что? Мне-то какое дело?

Но дело, конечно, было. И большое. Не до чмыря, само собой, а до Алины.

Цербер посидел несколько минут в тишине и относительном спокойствии, и принял

решение:

— Надо дать девушке время, чтобы успокоиться.

Но тем не менее полез в свою программу опять — он должен знать в режиме

двадцать четыре-на-семь где она, что делает, куда и с кем ходит.

Он принял решение следить за Алиной и собирать данные в одну папку:

— Просто чтобы знать, где она, а то мало ли что. Мудаков у нас в городе

хватает, — подмазал он самого себя.

Пару раз он обнаруживал себя, стоящим у её дома, высматривающим в окнах

знакомый силуэт.

Возвращал свой зад в машину со словами:

— Ну, обиделась. Ну, побушуй ещё пару дней, выпусти пар. С кем не бывает? —

бормотал, выезжая из её двора. — Куда ж ты денешься, когда разденешься?

Придёшь, красавица. Сама придешь.

Алина всё не приходила, и это никак не вписывалось в годами отработанную,

привычную ему схему поведения тех женщин, которые попадали к нему в постель.

Получалось и правда, как она ему врезала в запале: “Когоя трахнула”. Не он. Она. И, вроде как… это ОН попал к ней в постель.

Две недели превратились в ту же бешеную мясорубку, но с новым ингредиентом — он

начал ездить в женскую консультацию. Нет, не на приём. Он сидел в машине

напротив, когда она выходила оттуда с бумажками, бледная, но спокойная.

Видел, как она оберегает свой ещё плоский живот, и у него внутри всё

переворачивалось.

— Только попробуй родить без меня, — шептал он, провожая её взглядом. И тут же

мысленно давал себе подзатыльник. — Ты вообще кто ей? Никто. Помнишь? Она

тебе это лично сказала.

Он работал, пил кофе (число перевалило за тысячу), сменил ещё одни берцы и

трижды ловил себя на том, что набирает её номер — и трижды сбрасывал, не

нажав вызов.

— Пусть сама, — упрямо твердил он. — Гордость надо иметь.

Ирония судьбы была в том, что гордость у него была размером с Эльбрус, а у неё

— похоже, со всю Сибирь.

И она её и имела, гордость эту — свою — у себя, а его… Его гордость она просто

имела.

А потом грянул гром.

В четверг вечером он сидел в кабинете, проверял сводки, и его система

мониторинга (да, он поставил уведомление на её адрес — чисто “в рабочих

целях”) выдала: “Алина Кузнецова зашла в ресторан “Прованс”. Столик

забронирован на имя Андрея Королёва”.

— Какого лысого?? — внутри всё поднялось девятым валом.

Он схватил ключи, вылетел из кабинета, не попрощавшись с охраной, и рванул

через весь город, сжимая руль так, что кожаные перчатки заскрипели.

— Я даю ей время успокоиться, а она вот так успокаивается? С этим козлом? —

психовал, летя с превышением скорости через половину города. — Я, значит,

круги, как ботан-переросток нарезаю, а он вот так просто, раз и в ресторан?

И она пошла?

Светофоры горели красным, но ему было плевать. Не велик штраф — заплатит!

О том, что он выглядит ревнивым идиотом, который мчится разбираться с бывшим

хахалем своей беременной случайной любовницы, Цербер в этот момент не думал.

— Алина моя женщина!

Он вылез из машины, поправил куртку и двинулся к входу в ресторан.

Как эти ебучие стеклянные двери не вылетели к едрёной фене — не понял никто,

даже парень, что стоял на ресепшен.

Внутри играла тихая музыка, пахло трюфелями и деньгами.