Онлайн книга «Запретный плод»
|
Потом она все же рассказала ему о Париже. Как Макс и представлял: прижавшись друг к другу, вытянувшись на постели. Не утаила, как ей хотелось показать ему этот город… Каждый художник должен побывать в Париже, как мусульманин в Мекке. — Мы еще съездим туда вместе, – пообещала Ольга. После разговора с Пашкой она поняла, что это возможно хоть завтра. Но Макс еще беспокоился о нем. Поглаживая пальцем его лицо, она передала смысл того, о чем рассуждал сын, и это обрадовало Макса так, будто он обрел друга. Или брата. Никак не сына, конечно… …О его матери они вновь заговорили только на следующий день, когда Ольга, как на бой, собиралась навстречу с одноклассниками. Кольчугу бы под одежду… А весь вчерашний вечер на Варварке гоняли на картах, как ошалелые друг от друга подростки. Ольга опасалась, что будет выглядеть смешно, когда явится в картинг-клуб не ребенка прокатить, как бывало когда-то, а чтобы самой забраться за руль. Но там никто и бровью не повел: видно, какие чудики только сюда не являются. Когда выбирали цвет комбинезонов, Ольга опять вспомнила о Шумахере, облачилась в красное. Макс признался, что тоже всегда болел за Михаэля, особенно после того, как у него появился собственный немец. И она обрадовалась этому, как очередной улыбке судьбы: мы из одной команды. Шлема Ольга не примеряла с юности, когда гоняла с мальчишками на мотоцикле. Споры о том, что круче – «Ява» или «Чизетта», были бесконечными… Натянула перчатки с обрезанными пальцами, пошевелила ими, растопырив. — Классно выглядишь! – просиял Макс. – Ну, по коням? — Всего десять минут, – заранее огорчилась Ольга. Но оказалось, что этого времени хватает за глаза. Ольге кричать хотелось оттого, как дух захватывало от восторга и страха. Сама себе удивилась: Пашке, который визжал от удовольствия и звал ее, ни разу не составила компанию, стеснялась. А ведь тогда насколько моложе была… Почему же сейчас – все нипочем? Успела ответить себе перед лихим виражом: уже перешагнула рубеж, Макс перетащил через него. Все прочее настолько пустячно в сравнении с тем, что Ольга уже позволила себе. Перед стартом Макс дал ей некоторые наставления: использовать только педаль газа, во время поворота отклоняться в противоположную сторону, сбрасывать скорость перед виражом. Но Ольга то и дело нарушала то одно правило, то другое. Такая жизнь пошла… В очередной раз пойдя на таран, боднула карт Макса. Блеснули его глаза: «Ага, ты так?!» Чуть толкнул ее боком. Ольгу слегка отбросило, ударилась ребрами, но боли не почувствовала. Погналась за ним, удирающим: «Я тебе!» Потом, ночью, он лечил ее занывший бок и мышцы рук, разболевшиеся от напряжения (давно не тренировалась), поглаживал кончиками пальцев. И действительно снял боль – восточный кудесник. Хотя Ольга и не жаловалась – смеялась над этим. Они оба хохотали, цепляясь друг за друга, когда выползли из картинг-клуба. Два охмелевших от скорости существа без возраста, живущие только здесь и сейчас. Время ускользнуло от них, позволило насладиться безграничностью. Прорвались на скорости! Разве было вчера? И будет ли завтра… …Назавтра он постанывал, валяясь поперек кровати, лицом вниз: — Может, ты все-таки не пойдешь на эту дурацкую встречу одноклассников? Рядом на полу стояли три банки пива, и время от времени Макс отхлебывал из последней. |