Книга Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну, страница 47 – Айштария Райс

— А на рассвете мы сопроводим тебя в столицу Дома Тэйл-Наар, — ответила вторая жрица.

— Подводную, как я понимаю.

— Разумеется, — сказала она так, будто иной вариант и в голову прийти не мог.

Я повернулась к Ариану.

— Если что, я умею задерживать дыхание на 5 минут. Жабры не предусмотрены. А печать, с помощью которой я могла дышать под водой повреждена при шторме. Мне нужно время и материал, чтобы её починить. Поэтому самое время мне рассказать, как именно человек должен добраться до подводного дворца?

Он выдержал мой взгляд совершенно спокойно.

— Буду делиться с тобой воздухом.

— У тебя есть специальный резервуар? — я с интересом инженера посмотрела на него.

— Да, мои лёгкий. Один мой поцелуй — и твой запас пополнен.

Я раздраженно дёрнула его за руку.

— Ариан! Ну что за хвостатое недоразумение, посланное мне Миром.

Средняя жрица едва покачала головой, глядя на мужчину как на слегка надоедливого младшего родственника, но всё равно дорогого сердцу.

— У нас есть специальные контуры для погружения. Вы сможете дышать без жабр, — спокойно ответила первая. Я ей кивнула. И пнула Ариана локтём в живот, но он увернулся.

Жрицы переглянулись. Кажется, без особого осуждения.

— Что ж, — сказала я. — Отдых не помешает. От еды тоже не откажусь. От сна, если повезёт, тоже. Тем более выбора нет.

— Мудро, — кивнула средняя жрица. Мне почудилась ирония.

И действительно. Если есть возможность восстановить структуру в месте прорастания жилы… Где энергия мощная и чистая, отказываться было бы просто глупо.

Слишком многие печатники на суше воспринимали истощение как личную слабость, а восстановление — как паузу, недостойную амбиций. Из-за этого жгли резерв, ломали каналы, старели внутренне раньше времени. Природа не мстит — она просто перестаёт поддерживать того, кто раз за разом игнорирует её рисунок.

Мне очень не хотелось когда-нибудь стать одним из таких идиотов. Жрицы повернулись, собираясь увести меня дальше, вглубь храма.

Я инстинктивно взглянула на Ариана.

Он не попытался меня остановить. Не потребовал оставить рядом с собой. Только смотрел так внимательно, будто без слов спрашивал: ты справишься?

И именно это опять подействовало сильнее всего.

— Я пойду, — сказала я ему.

— Я знаю.

— А потом мы поговорим.

— Когда захочешь.

Очень опасный мужчина. Потому что рядом с ним даже обещание “когда захочешь” звучало надёжнее, чем половина клятв, которые я слышала в своём мире.

Я кивнула и пошла за жрицами.

Коридор за главным залом был уже не таким торжественным, но всё равно прекрасным: белый камень, мягкий серебристый свет по прожилкам стен, тишина, в которой ощущался глубокий пульс жилы под островом. Здесь сила не давила. Она текла. И на каждом шаге я всё острее понимала: это место создано не для того, чтобы подчёркивать власть над миром, а для того, чтобы возвращать в согласие с ним.

Наверное, именно поэтому дышать становилось легче.

Именно поэтому под усталостью, тревогой и всем сегодняшним безумием медленно проступала ясность.

Мир не был хаотичной бездной, случайно сталкивающей судьбы. Он был огромной, сложной, живой структурой, внутри которой мы существовали.

И если кто-то ломает её ради власти — это преступление не только против людей, русалов или иных рас.

Это преступление против самого Мира. А значит, рано или поздно придётся выяснить, кто именно это делает.