Книга Последняя надежда Этэры, страница 97 – Алекс К. Уиллис

Перед ним по-прежнему стояли Рифты – те же угловатые, безликие силуэты, пульсирующие в такт гулу Генератора. Но теперь его взгляд проникал сквозь броню, сквозь внешний слой бездушного протокола. Он видел не монстров. Не просто машины для убийства. Он видел марионеток. Трагичных, слепых пешек в игре, разворачивающейся где-то в другом конце галактики, – игре, ставки в которой были немыслимо высоки. Они исполняли свой бессловесный танец под диктовку вселенской трагедии, под звуки умирающей симфонии целого мира.

Роман смотрел на них, и его сердце разрывалось от тяжести этого знания. Он понимал их. Понимал с такой пронзительной, мучительной ясностью, с какой, возможно, не понимал даже Алису или Марка. Он чувствовал их коллективное отчаяние как свое собственное – увеличенное, умноженное до размеров целой цивилизации. Это была не связь, а мучительное слияние, после которого уже невозможно было смотреть на мир по-старому.

В этот миг рука Реи описала в воздухе резкий, отрывистый жест – отточенный и четкий, как удар клинка.

Сигнал к атаке.

Мысли о выборе не возникло. Его не существовало. Было только железное «если – то», вбитое в него неделями тренировок, болью потерь и дыханием людей рядом. Если свой подал сигнал – то ты действуешь. Если враг перед тобой – то ты стреляешь.

Мир вокруг переключился на другую скорость. Алиса, встретившись с Романом взглядом на долю секунды – и в этом взгляде не было вопроса, только констатация общего кошмара, – сжала свои Часы. Ее лицо стало пустой маской готовности. Рея беззвучно взвела оружие.

И тело Романа отозвалось прежде, чем сознание успело оформить протест. Оно просто сработало. Мышцы спины напряглись для броска, ноги нашли точку опоры, рука сама потянулась вниз, к тяжелому, знакомому весу у пояса. Пальцы нашли шершавую рукоять импульсного пистолета. Холод металла был не приговором, а фактом. Таким же неоспоримым, как и то, что Рифты там, а Алиса – здесь.

Не было выбора между горем и горем. Был приказ мышцам. Была верность, превратившаяся в физический рефлекс. Он не поднимал оружие против них – он поднимал его за своих. Разница, которая в следующую секунду уже ничего не будет значить.

Мысль упростилась до основы. Свои – здесь. Угроза – там. Всё остальное было шумом. Он давно уже был в этой яме, и теперь ему просто нужно было идти по её дну, неся с собой это новое, тяжёлое знание. Знание о том, против чего на самом деле направлен его пистолет.

Первый выстрел Реи прозвучал как хлопок разрывающейся стальной нити. Импульсный заряд ударил в ближайшего Рифта, заставив его дрогнуть и развернуться. Мгновение тишины – и затем ад вырвался на свободу.

Зал взорвался огненным смерчем. Оранжевые лучи плазменных винтовок Рифтов прочертили воздух, расплавляя кристаллические стены. Гул Генератора смешался с воем тревоги, сухими хлопками оружия Сопротивления и резкими, отрывистыми командами.

Два бойца из группы Реи – мужчина и женщина в потёртой камуфляжной форме – немедленно заняли позиции по флангам. Они не стояли на месте: один короткими перебежками, прикрываясь выступами кристаллических структур, пытался зайти ближе к основанию Генератора, таща тяжёлый ранец со взрывчаткой. Второй, прижавшись к укрытию, вёл плотный подавляющий огонь. Сгустки энергии от их импульсных винтовок оставляли на броне Рифтов пятна копоти и оплавленные борозды. Но даже это оружие казалось недостаточным против тяжёлой, многослойной брони стражей. Заряды не пробивали её насквозь, а лишь выжигали поверхностные слои, заставляя Рифтов дрогнуть, но не останавливаясь.