Книга Хроника посещения (сборник), страница 124 – Олег Бондарев, Дмитрий Силлов, Вадим Филоненко, и др.

— Я? – удивился человек. Голос был скрипящим и чужим. – Я думал задать этот вопрос тебе.

Незнакомец неожиданно засмеялся.

— Это ведь ты пришел ко мне в Зону. Что ты здесь ищешь?

Послышалось хлопанье крыльев, пан Гавел сел на плечо незнакомца и недоуменно уставился на Ясика, словно удивляясь своему поступку. Незнакомец пригладил голубю хохолок.

— Разве я что-то ищу? – вопросом на вопрос ответил Ясик.

— Конечно. Просто так в Зону не приходят. У всех есть свои причины.

— Да? – сказал Ясик. – Не задумывался. Наверное, я хочу увидеть оранжевый рассвет над Зоной. Мне кажется, что Зона зовет меня этим восходом, а я никак не могу передать его в картинах. Здесь он должен быть совсем другой, чем в моих снах. Мне надо подняться на любую крышу.

— Хочешь увидеть восход? И всё?

— И всё.

— На крыше дома?

— Да. Так ведь ближе к небу. Я люблю, когда высоко.

— Тогда иди, – сказал незнакомец.

Внизу зазвенел трамвай. Ясик открыл глаза. Он стоял на крыше старого дома, и Зона лежала у его ног.

Горбун Цмыг, безработный по инвалидности

Темнота давила неопределенностью. Темнота шевелилась невидимыми щупальцами, дышала в затылок и жила собственной жизнью. Каждый шаг мог привести к ловушке. Поэтому Цмыг ждал. И слушал.

Далеко-далеко смеялась девчонка. Цмыг узнал голос – он уже его слышал когда-то давно, в прошлой жизни. Девушка даже приходила к нему в больницу. Вначале. Потом перестала. Они давно не виделись. Странно – городок маленький, а два человека не видятся. Может быть, потому что ты живешь только в Зоне, Цмыг? В Хармонте появляешься не ты, а жалкий горбун, который никого не видит и не слышит?

Смех превратился в грохот – с таким звуком падает огромная цистерна. Она катится, дребезжа, подминая под себя мелкие препятствия, и этот шум поглощает крики разбегающихся людей. Цмыг крепко зажмурился. Этого не может быть. Это осталось в далеком прошлом. Зона слушает нас и запоминает? Зачем? Он не побежит. Нельзя бежать. Он выстоит. Цистерна всё ближе. Цистерна катится быстрее и быстрее. Грохот уже рядом.

Стой, Цмыг! В прошлый раз ты рванулся не в ту сторону. А сейчас стой!

— Зачем ты пришел в Зону, человек?

Цмыг медленно открыл глаза. Темнота исчезла. Перед ним стоял человек в черном плаще. Это тот, кого Грег называет Призраком?

— Зачем? – повторил незнакомец.

— Не знаю, – пожал плечами Цмыг, глядя на Призрака снизу вверх. Страха не было. Пристальный взгляд не пугал. – Говорят, что ты знаешь лучше, что нам надо.

Призрак подошел к Цмыгу и сел на землю.

— Вряд ли, – сказал он. – Вот сейчас я не знаю, что ты хочешь больше – вернуть свою старую жизнь или спасти Ярослава Новака. Что для тебя счастье?

— Для меня его не существует, – улыбнулся Цмыг. – Мне пора идти, извини. Я обещал художнику, что верну его живым. Обещания надо выполнять.

Незнакомец поднялся и отряхнул плащ. Цмыгу на мгновение показалось, что из-под капюшона выглянул клочок рыжих волос.

— Рэдрик? – тихо сказал Цмыг, а затем закричал в спину удаляющемуся Призраку: – Рэд, это же ты! Стой, Рэд! Остановись!

Призрак уходил, не оглядываясь. Цмыг бросился за ним.

— Рэд, подожди!

Призрак на мгновение замер, а затем быстро свернул за угол. Цмыг выбежал следом, но увидел лишь пустую улицу, залитую лучами поднимающегося солнца. Воздух стал прозрачным. На востоке заиграла оранжевая заря. Цмыг поднял голову и увидел Ярослава Новака, стоящего за мольбертом на крыше пятиэтажного дома.