Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 79 – Кристина Юраш

— Потому что именно так это звучит! — возразила я.

— Нет. Так это звучит для человека, который заранее готовится проиграть.

Я задохнулась от возмущения.

— Я бросилась под каменную арку ради незнакомого мужчины! Я несколько дней лежала без лечения! Моя мать отдала деньги сестре!

— Поэтому вы больше не в её доме, — отрезал он. — Вы действительно хотите потратить силы на этот спор перед первой процедурой? Или побережёте их? Доктор сказал, что вам они очень пригодятся!

— А на что мне их тратить? На ноги я их потратить не могу.

Тишина стала тяжёлой, давящей. Я ждала, что он ответит жестокостью. Напомнит о договоре. Скажет, что я сама согласилась. Но он только медленно выдохнул, и в этом выдохе было столько сдерживаемой, холодной ярости — не на меня, а на ситуацию, на мать, на потерянное время, — что у меня по коже побежали мурашки.

— Несколько дней у вас украли, — произнёс он тихо, но каждое слово падало, как камень. — Я знаю. Но у вас украли не все.

— Откуда вам знать?

— Потому что Вейрен остался. Он отменил два приёма и потребовал доставить ещё одну партию кристаллов. В соседней комнате сейчас устанавливают оборудование. Ночью здесь будет его помощник. Завтра прибудет специалист по восстановлению чувствительности.

— И что?

— Безнадёжных больных Вейрен не лечит. Он слишком дорожит своей репутацией. Одно дело, когда он лечит кого-то там. Другое дело, когда он лечит невесту герцога! Ту, к которой приковано всё внимание прессы. Как вы думаете, захочет ли он рисковать попусту?

Это звучало настолько цинично, что я неожиданно рассмеялась. Смех тут же перешёл в всхлип.

— Вот и вся надежда? Чужое самолюбие?

— На первое время достаточно.

Он взял со стула чистый платок и положил рядом с моей рукой. Не вытер слёзы. Не коснулся лица. Просто положил так, чтобы я могла достать сама.

— Я не умею держать человека за руку и обещать чудо, — сказал он, и его голос стал ниже, вибрируя в воздухе. — И не стану говорить, что вы обязательно встанете. Я этого не знаю. Зато я знаю другое.

— Что?

Он посмотрел на дверь, за которой ждал магистр, а потом снова на меня. В его взгляде было столько тёмной, непоколебимой воли, что страх на мгновение отступил, уступая место чему-то совсем иному.

— Несколько дней у вас уже украли. А то, что осталось, я никому не отдам.

В комнату вошёл Вейрен.

— Закончили?

— Нет, — ответила я, сжимая пальцами край простыни.

Магистр поставил футляр на стол.

— Прекрасно. Плакать лечению не мешает. А вот лежать без лечения и терять даром время — мешает.

За ним слуги внесли высокий штатив с тремя кристаллами. В каждом медленно вращался синий свет, отбрасывая на стены причудливые, дрожащие тени. Воздух мгновенно наполнился запахом озона и нагретого металла. Вейрен раскрыл одеяло.

— Первая процедура займёт около часа. Будет больно.

— Насколько?

— Достаточно, чтобы вы меня возненавидели, — усмехнулся доктор.

— Я сегодня уже выбрала человека для этой роли, — бросила я, глядя на герцога.

Магистр взглянул на Эдельгейма. Тот усмехнулся.

— Значит, мне придётся особенно постараться.

— Мелли! Войди! Разрешаю!

Мелли ждала в коридоре, и сейчас бросилась ко мне и схватила меня за руку. Её пальцы были холодными, но её присутствие было якорем. Герцог отошёл к окну, но из комнаты не вышел. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым, немигающим. Он не обещал мне чуда. Он обещал войну. И я поняла, что готова воевать.