Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 153 – Кристина Юраш

— Что?

— Пальцы! Смотрите!

Я приподняла голову, напрягая шею, но из-за положения тела ничего не увидела. Мой угол обзора ограничивался собственным подбородком и краем матраса.

— Какие?

— Маленький. И тот, что рядом. Попробуйте ещё раз. Посылайте сигнал.

Я сосредоточилась. Закрыла глаза и послала привычный приказ вниз, в ту часть тела, которая ещё вчера казалась отделённой от меня непреодолимой пустотой. Представила, как мышцы сокращаются, как сухожилия натягиваются.

Боль усилилась, вспыхнув ослепительной белой вспышкой за веками.

Пальцы не пошевелились.

— Не получается.

— Но я видела! Только что! — задохнулась Мелли.

— Возможно, это был спазм. Реакция нервов на пробуждение, — прошептала я, боясь поверить в чудо.

— Значит, мышцы всё равно работают. Значит, связь есть.

В коридоре раздались быстрые, тяжёлые шаги. Не размеренная поступь слуги, а стремительный бег человека, который не привык ждать.

Дверь распахнулась без стука, ударившись о стену. Первым вошёл Вейрен. Он был в наспех застёгнутом камзоле, пуговицы стояли неправильно, волосы растрёпались, а лекарский футляр он нёс раскрытым, держа его как щит.

Следом, заполнив собой весь дверной проём, появился Руаль.

На нём была вчерашняя рубашка. Ворот расстёгнут, обнажая ключицу, рукава опущены, но манжеты не застёгнуты. Волосы свободно падали на плечи, сливаясь с тенями коридора. От него пахло холодным камнем, сыростью подземелья и ночным воздухом, который он впитал в себя за долгие часы одиночества.

Он снова провёл ночь в башне. Без огня. Без тепла.

— Что произошло? — спросил Руаль.

Его взгляд нашёл меня быстрее, чем Вейрен успел поставить футляр на стол. В бирюзовых глазах не было сна. Только напряжённое внимание хищника, учуявшего изменение в воздухе.

— Ноги болят, — ответила я. Голос звучал глухо, сдавленно.

Герцог побледнел.

Настолько заметно, что кровь отлила от его лица, сделав черты резкими и острыми. Я испугалась сильнее, чем от самой боли. Его реакция пугала больше, чем неизвестность моего состояния.

— Почему?

— Если бы я знала причину, мне не потребовался бы лекарь. Я бы просто терпела или радовалась.

— Когда началось? — хищно спросил Руаль.

— Недавно. Я проснулась от боли. Она разбудила меня, — ответила я, глядя на герцога.

— Что вы делали вчера?

Вопрос прозвучал слишком быстро. Слишком резко. Как обвинение, замаскированное под заботу.

Мы с Мелли переглянулись. Всего на мгновение. Но Руаль заметил этот обмен взглядами. Его глаза сузились, зрачки стали узкими вертикальными щелями.

— То, что разрешил магистр, — ответила я, стараясь держать голос ровным. — Дважды сидела в кресле. Гуляла возле фонтана. Остаток дня провела в постели. Лежала. Спала.

— И всё? — спросил Вейрен, раскладывая инструменты на столике. Его движения были механическими, отточенными годами практики.

— Всё.

Мелли за моей спиной очень старательно поправляла подушку, избегая смотреть на герцога. Её пальцы дрожали.

Руаль посмотрел сначала на неё, потом на меня. Я ждала нового обвинения. Требования сказать правду. Холодного заключения, основанного на одном коротком взгляде и его параноидальной подозрительности.

Но он промолчал.

Только мышцы на его челюсти напряглись, образовав твёрдый желвак. Он сдерживался. И я понимала. Он не хотел этой свадьбы. Не хотел связывать себя со мной.