Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 130 – Кристина Юраш

— Хорошо.

Я положил руки на ручки кресла и остановился.

— Можно?

Она обернулась. На мгновение её взгляд стал мягче.

— Можно.

Я развернул кресло и повёз её к дому. Но слова о пустоте остались возле меня. Они шли рядом, цепляясь за каждый шаг.

К ужину подали двенадцать блюд.

Я знал это, потому что управляющий заранее положил возле прибора меню. Мелкий почерк перечислял суп из белых грибов, перепелов в винном соусе, запечённую оленину, рыбу с южными травами, три вида овощей, паштет, сыр и два десерта.

Я прочитал список и не почувствовал ничего. Ни голода. Ни предвкушения.

Слуга снял крышку с первого блюда. Под серебром клубился пар. Запах грибов, сливок и мускатного ореха должен был вызвать аппетит. Но он был слишком тяжёлым, слишком насыщенным. Он давил на обоняние, требуя реакции.

Не вызвал.

Я взял ложку. Попробовал. Вкус был безупречным. Идеально сбалансированным. И совершенно пустым.

— Что-то не так, ваша светлость? — спросил управляющий.

— Нет.

— Суп недостаточно горячий? — занервничал управляющий.

— Он горячий.

— Пересолен? — дёрнулся управляющий, а я видел панику в его глазах.

Я прислушался к вкусу.

— Нет.

— Тогда почему вы не едите? — сдавленным голосом прошептал управляющий.

Я посмотрел на ложку. Не помнил, когда в последний раз кто-нибудь задавал мне этот вопрос. Обычно слуги просто заменяли блюдо, если я оставлял его нетронутым. Повар делал выводы. Управляющий менял поставщика. Никто не интересовался, почему я не ем.

— Не хочу, — произнёс я.

Управляющий замер.

— Прикажете подать что-нибудь другое?

Вот оно. Я ещё не успел захотеть, а мне уже предлагали замену.

— Нет.

— Может быть, дичь? Повар утром получил фазанов. Или морскую рыбу. Её доставили сегодня со льдом…

— Уберите всё, — произнёс я.

Слуги переглянулись.

— Весь ужин, ваша светлость? — в голосах слышалось удивление.

— Весь.

Они подчинились. Один за другим подносы исчезли со стола. Серебряные крышки звякали, запахи смешивались и уходили вместе с людьми. Остался бокал вина.

Красное, почти чёрное. Выдержанное в дубовых бочках больше двадцати лет. Я сам выбрал его несколько месяцев назад, когда винодел привёз в столицу несколько бутылок.

Поднёс бокал ко рту. Вино было безупречным. Я различал ягоды, дым, древесную горечь, пряности. Мог назвать долину, где вырос виноград. Почти угадать год урожая.

Но не испытывал удовольствия. Я пил, потому что бокал стоял передо мной.

Поставил его обратно.

— И это уберите.

Слуга поспешно забрал вино.

Из соседней гостиной донеслась музыка. Каждый вечер там играли двое музыкантов. Я сам однажды приказал нанять их, потому что тишина во время ужина показалась мне неприятной. Сейчас я не мог вспомнить ни одной мелодии, которую они исполняли за последний месяц.

Музыка существовала. Но я её не слышал.

— Пусть прекратят, — велел я.

Управляющий посмотрел на меня внимательнее.

— Ваша светлость нездоровы? — встревоженно спросил управляющий.

— Нет.

— Возможно, вызвать лекаря? — поинтересовался управляющий.

— Я здоров.

— Тогда…

Он осёкся. Управляющие, прослужившие в доме достаточно долго, знали, когда вопрос лучше не задавать.

Музыка оборвалась на середине ноты. Наступила тишина. Не полная. В камине потрескивали дрова. За окнами шумел ветер. Слуги двигались вдоль стен, стараясь делать это бесшумно. Где-то в дальнем коридоре закрылась дверь.