Книга Хрупкий сосуд 3, страница 29 – Ольга Чумаченко

Они — аборигены-перваки. Улыбнулась девушка, название первых поселенцев её смешило, когда она первый раз натолкнулась на него в местном интернете. Казалось, она уже где-то слышала это слово, но ассоциации оно вызывало другие. Не знала Ева, по какой такой причине, но практически всё мужское население аборигенов носило простое просторное одеяние, на вид из грубой ткани, не белое, а скорее не отбелённого льна. Штаны и рубаха, только без манжетов и воротничка. Пижама пижамой.

У аборигенов имелись свои города, но маленькие. По всей планете их было около трёхсот. И с населением в каждом где-то до пятидесяти тысяч. И занимались они, в основном, добычей полезных ископаемых. Так что семь из десяти перваков были шахтёрами. А отличить от общей массы рабочих такого трудного ремесла оказалось несложно, как бы они ни старались, оттереть из густых ресниц въевшуюся чёрную пыль было сложно. Вот и посматривал и муж хозяйки, и с десяток посетителей заведения чуть ни подведёнными тушью выразительными глазами.

Небольшие города, занимающиеся добычей полезных ископаемых, — не единственный оазис цивилизации, имелось на Небесной планете множество мелких поселений, занимающихся земледелием, сельским хозяйством и рыбным промыслом. Довольно просторные степные зоны планеты благоприятствовали такому развитию.

Но, как и следовало ожидать, прилетевшие в чужой дом, в чужую колонию со сложившимся укладом, небесные и другие люди звёздной системы, по какой-то причине решили, что именно их цивилизация стоит на высшей пищевой ступени. А другие должны их обслуживать. Обычная жизнь, почти как в сказке про зайца и лисицу: была у зайца избушка лубяная, а у лисы — ледяная.

Ева подметила, что ни у одного из аборигенов не было информационного браслета, подумала, что может у них временные пропуска в город, но спросить не решилась.

Пока они так увлечённо разговаривали, к ним присоединились ещё три женщины из тех же перваков, но загорелые и подтянутые особы. Несколько раз подходили к весело щебечущим женщинам и молодые мужчины, некоторые из них внимательно всматривались Еве в лицо, любовались, пытались обратить её взгляд на себя, заинтересовать, и тогда она чувствовала, как кто-то пробует пробить её ментальную стену. А сама она удивлялась, что кому-то удалось её «нащупать».

«Бе-бе-бе», — лишь мысленно подразнила она, словно девчонка.

Один раз Ева обратилась к мужчинам, чтобы узнать, почему на реке так много катеров. Оказалось, что на вечер у перваков запланированы соревнования, в которых участвуют и городские. А на кону — новенький катер. Так что участников пруд приди.

— Ладно, Маня, — кивнула Ева хозяйке, понимая, что она достаточно много времени отняла у занятой женщины, которой, как оказалось, нет и сорока, — давай-ка, если что, я куплю вон, то блюдо, но пока не вытаскивай его, а попробуй на оплату мою карту проверить, а то я не знаю сколько там. Может, лимит у меня за сегодня исчерпан. А потом, в следующий раз, приду и уже попробую что-нибудь купить и самостоятельно приготовить.

Женщина обрадовалась, расплылась в улыбке. Но предложила Еве, когда та в следующий раз придёт, обязательно обратится к ней, а она с удовольствием пройдётся с ней и подскажет, что тут и как.

А оплата зависла: ожидайте. Вместо привычного звонкого «дзинь» — «одобрено», раздался телефонный звонок на мобильный телефон Евы.