Книга Хрупкий сосуд 4, страница 35 – Ольга Чумаченко

— Феликс, — обратился старший Северный к рыжему парню, — возьми накопители, сбегай выше. Пусть посмотрят, сверят.

И на Звереву Северный старший посмотрел так, мол, спасибо, и можете идти. Свободна!

— У меня ещё одно дело к своему начальству, если разрешите, раз уж я сюда попала, и кое-что услышала, про формат работы, который оказывается не в моей компетенции.

Начальство недовольно прищурилось. Да, да! Неудачное время. Своего рода сор с избы его подчиненная метёт. Но…

— Евгения Евгеньевна…

— Две минуты, — заверила женщина. — Вы бы не могли мой архив работ на экран вывести?

Да, да! Это быстро. Фамилию набрать и архив, и опа-на! Фокус-покус! А Ева вставила свой накопитель, и на экране предстал и её личный архив. И два списка немного отличались. И что-то говорить, ругаться, доказывать, что её обманули, и по зарплате обсчитывали всё это время. Нет!

— А когда вам эту папку передали? — подал голос один из высших чинов, видимо заметивших последнюю строчку в её архиве с сегодняшней датой получения.

Ева посмотрела на задавшего вопрос, но решила на него не отвечать. Указала на числа на экране.

— Влад Ларс, — обратилась женщина к своему начальнику. — Вы не возражаете, если я подойду к вам завтра с утра? Конечно, если у вас срочных безотлагательных дел не будет. А сегодняшний фронт работы она выполнила.

Начальник сказал, что он будет ждать её завтра. Договорились, и женщина, попрощавшись со всеми, вышла.

А ведь работа Еве нравилась. Но, вот… люди… с подлецами она работать не хотела. Один раз подставили. А что потом? Нет! Надо уходить.

Расписавшись у администратора, Ева забрала свою сумочку и пошла на выход. Перенапряжение сказывалось: болели глаза, — руки, — спина. После интенсивной работы отдача неминуемо настигала. Хотелось лечь и отдохнуть.

— Женя… — нагнал женщину молодой рыжий мужчина. — Вы куда-то уходите?

— Да, Феликс, моя работа на сегодня закончена, — проговорила Ева, пытаясь выглядеть безразлично. Ну не нравилось ей, чтобы к ней так панибратски обращались.

— Хорошо… — протянул рыжий.

Хотел он ещё что-то сказать, Ева это видела, его эмоциональное состояние отражалось на лице, мимике, но сказалось элементарное: они, во-первых, не были представлены, во-вторых, не были так хорошо знакомы, и, в-третьих, Феликс считал себя куда выше простой офисной служки.

— А вы что, ещё и бухгалтер? — выдавил он из себя вопрос. Надо же о чём-то говорить?

— Да, ещё и бухгалтер.

— А… может, позавтракаем? — сделал мужчина предложение.

— Нет, Феликс, — отказалась Ева. — Мне сейчас отдохнуть надо. Счастливого дня!

— Счастливого, — выдохнул мужчина вслед удаляющейся женской фигурки. «А хороша!»

А в кабинете начальства шла горячая дискуссия, мужчины проверили документы, и взялись спорить над поправками. И это всего одно из обсуждений. То, что личный архив работ Зверевой не совпадает с официальным… Это ещё доказать надо, кто прав, а кто виноват. Но именно эта тема как-то сразу сошла на «нет».

— Папку вернёте Феликсу, — оглянулся средних лет мужчина, ища глазами младшего из своих коллег. — Кстати, где он? — Феликс не заставил себя долго ждать, вошёл в кабинет. — Феликс, папку в бухгалтерию верни, пусть проверят. Потом, если всё верно, за печатью сюда, и дальше.

Феликс скривил недовольную рожицу: что он им, мальчик на побегушках?