Книга Непокорная истинная для ректора-дракона, страница 32 – Мелина Боярова

— Твой дар — какая-то дикая аномалия, — произнес он, приближаясь вплотную. — Обычные блокираторы на тебе сгорают, как бумага. Железо не выдерживает.

Он полез во внутренний карман камзола и извлек что-то блестящее.

— Дай руку.

Я замешкалась, глядя на его широкую ладонь.

— Живо, — в голосе прорезался рык.

Я протянула левую руку. Рейнар перехватил мое запястье своими горячими пальцами. Щелкнул замком, и на моей руке сомкнулся изящный золотой браслет.

Он выглядел как произведение искусства — тончайшая вязь золотых нитей, переплетающаяся в сложный узор, внутри которого пульсировали крошечные рубины.

Вещица ни разу не напоминала тюремные кандалы Галта. Представить сложно, сколько стоило столь изысканное украшение.

Как только металл коснулся кожи, гул внутри меня стих. Вулкан погас. Наступила блаженная тишина. Я с облегчением выдохнула, чувствуя, как расслабляются натянутые нервы.

— Что это? — прошептала я, зачарованно глядя на переливающиеся камни.

— Древний артефакт, — буркнул Рейнар, не отпуская моей руки. — Семейная реликвия, которая подстраивается под носителя, а не подавляет его грубой силой. — Он большим пальцем провел по внутренней стороне моего запястья, там, где билась жилка. От этого прикосновения меня бросило в жар. — А теперь послушай меня внимательно, Тайлис, — его голос сделался низким, вибрирующим. — Никто не должен видеть этот браслет и, вообще, знать о его существовании. Прячь его под одеждой. Если кто-то спросит — обычная безделушка.

— Почему? — я попыталась вырвать руку, но он держал крепко.

— Потому что к тебе и ко мне возникнет много неудобных вопросов. — Он резко отпустил меня и отступил на шаг, снова превращаясь в холодную статую. — Из всего доступного мне арсенала артефактов, а это немало, поверь, этот — самый надежный. Потеряешь — я с тебя шкуру спущу. В прямом смысле.

— Очень мотивирует, — я потерла запястье, чувствуя приятное тепло металла. — А что насчет разрушений? Я же не специально…

— А это никого не волнует. Разрушила — будешь отрабатывать и возмещать стоимость, — жестко припечатал ректор, возвращаясь к столу. — Как видишь, ваза тут совершенно не при чем. За неполные сутки ты задолжала академии пару тысяч золотых. Сегодня после занятий явишься в библиотеку. Поможешь архивариусу перебрать старые свитки.

— Но я...

— Вон, Ар'Дейн! — рявкнул он. — Пока я не передумал и не превратил тебя в прикроватный коврик!

Я выскочила из кабинета пулей, прижимая к груди руку с драгоценным браслетом. Сердце колотилось как бешеное.

Золото на запястье казалось теплым, почти живым. Семейная реликвия? Для какой-то баронессы из захудалого рода?

Почему он дал отдал ее мне? Мог ведь снова заковать меня в железо или, к примеру, бросить в карцер. Но он дал мне это.

Я одернула рукав жакета, пряча подарок ректора от посторонних глаз. Странный он. Пугающий, жестокий, невыносимый... и притягательный.

Коридор академии гудел, как встревоженный улей. Адепты спешили на следующую пару, сбиваясь в стайки, смеясь и обсуждая утренние происшествия. Но стоило мне приблизиться, как смех обрывался.

Тишина распространялась вокруг меня мертвой зоной.

Я шла, упрямо вскинув голову и гордо глядя перед собой, чувствуя, как взгляды впиваются в спину маленькими отравленными иголками. Кто-то демонстративно сворачивал в сторону, будто я была заразной. Кто-то шептал проклятия. Кажется, новость о том, что я приклеила магистра к доске, разлетелась быстрее ветра.