Книга Злодейка в финале, страница 87 – Энже Граф

А пикнуть могли. Не успело тело Ганна остыть, как Гира подписал свои первый приказ: провести среди придворных массовую аттестацию на соответствие занимаемой должности. А потом публично объявил о проведении открытых экзаменов на официальные должности во дворе. Победители, прошедшие все туры, получали чин и приступали к службе при короле. Не обошел стороной и военных: вновь созданный надзорный орган должен был вымести метлой всех тех, кто посмеет проявить нелояльность новому королю и основательно пополнить ряды армии простыми людьми, которых привлекут высоким жалованьем и прочими благами.

У Гира было полно идей: его готовили стать королем, пусть не Гётема, но все же. По вечерам мы выходили гулять в сад и он делился со мной своими планами. По большей части я слушала молча, поражаясь широте его ума и его замыслами, и изредка, где могла, давала ему советы. Гира не оставлял попыток привлечь меня на свою сторону: он разрешил мне бродить по дворцу и близлежащей территории, выделил мне еще несколько служанок, от которых я, впрочем, отказалась (Самайла невзлюбила их глухо и непримиримо), одаривал меня подарками (новая форма для кексов, сделанная на заказ; заморские рецепты блюд; различные семена), знакомил с новыми людьми. Я неизменно отказывалась становиться его королевой, но глядя со стороны на то, как он делает свои первые, но уверенные шаги в качестве правителя, я понимала, что прямо на моих глазах свершается история Гётема, которая затем войдет в учебники.

Пару дней назад он попросил меня пройтись по городку и послушать, что говорят про него в народе. Я понимала, для чего он это делает: это был его способ дать мне свободу, ‒ пусть и не ту, о которой я просила, ‒ и отвлечь от мыслей.

А этим вечером он огорошил меня еще одной просьбой:

— Организовать твою коронацию? ‒ я даже застыла.

Мы сидели в саду и пили чай. Памятуя о том, как много времени я проводила в оранжерее в Талме, Гира приказал поставить на улице стол и мы проводили тут чайные церемонии, наслаждаясь видом на море, цветами и закатом.

— Немного помочь, ‒ Гира очаровательно улыбнулся, ‒ распорядитель хорош, но он не умеет читать мои мысли и не знает, что я люблю. Вчера, к примеру, он всерьез заявил, что официальными церемониальными цветами будут зеленый и пурпурный.

— Он что, слепец? ‒ ахнула я против воли.

Гира рассмеялся, и я отругала себя за несдержанность. А потом и сама не заметила, как взялась за организацию коронации. У меня не осталось свободного времени. Я вставала спозаранку и сразу шла проверять, как идут приготовления. Затем завтракала и спешила на рынок, чтобы убедиться, что «казачки» Гира работают как надо. Затем возвращалась во дворец, встречалась с распорядителем, корректировала план, следила за поставками и покупками, проверяла качество товара, делала запросы, оформляла заказы, порой выезжала на пристань, чтобы самолично встретить корабль с товаром. Где-то там, среди поручений, завала и хлопот проходил обед. Ужин проходил в компании Гира. Он делился со мной ходом своих работ, я делилась с ним последними новостями, и он напоследок нагружал меня еще какой-нибудь обязанностью. Умом я понимала, что он, как паук, все больше и больше окутывает меня своими сетями, не давая не вырваться, ни оглянуться, ни даже передохнуть. Я улыбалась, потому что знала, что ему не на что рассчитывать: как только пройдет коронация, и он воссядет на престол, я обрету свободу. Не имеет значения, какую и какой ценой, но я больше не собиралась быть пленницей, за которую всю жизнь принимают решения все, кроме нее самой. Я собиралась взять бразды управления своей жизнью в собственные руки.