Книга Злодейка в финале, страница 13 – Энже Граф

— Боже…

— Что?

— С Вивиан все ясно: ангел во плоти. Джеймс Рока?

— Ох, Джеймс, сейчас… Я хотела выделить его из ряда аристократов, чтобы противопоставить всем остальным героям с самого начала, и показать, что…

— Ближе к делу, тихуша.

— П-прости. Ладно. Он высокий, широкоплечий шатен со светло-зелеными глазами. Выше всех мужчин минимум на голову. Еще он смуглый — это от деда с маминой стороны. Сразу привлекает внимание. Красота мужественная, суровая, спокойная, отчего барышни задерживают на нем взгляды. Наделен выдающейся физической силой. По характеру он справедливый, искренний, волевой, целеустремленный и добрый. Ради тех, кого любит, пойдет на все. Еще он вежливый, мягкий и обходительный.

— Принц на белом коне. Ладно, дальше. Злодей, Эммет Гира?

— Сначала я хотела его сделать ему крючковатый нос или что-нибудь в этом роде, но после решила вылепить из него красавца. Светловолосый, светлоглазый, с тонкими чертами лица — в общем, чистокровный аристократ в энном поколении. Высокомерен, холоден, эгоистичен, но умен. Умеет находить людские слабости и умело этим пользуется. Змея в человеческом обличье. Обладает большим потенциалом и действительно стал бы хорошим правителем, но зависть к Джеймсу и ненависть затмили ему глаза и заставили его сойти на скользкую дорожку.

— Хм, этот парень мне уже нравится больше главного героя.

— Что? Но почему? Он же злодей!

— Вот именно. Главный герой у тебя слишком хороший, просто рыцарь без страха и упрека. Аж скучно. Кстати, говоря о злодеях, какая Амелия?

— Обычная. Она же второстепенный персонаж, значит, должна проигрывать Вивиан по внешности, поэтому я не стала наделять ее красивым лицом.

— А зря. Вот что… Сделай-ка ее роковой красоткой.

— Зачем?

— Сделаем ее внешность ее же оружием. Она же злодейка, значит, должна уметь манипулировать мужчинами, а этих только лицом и фигурой и проймешь. И… пусть она будет противоположностью Вивиан. Вивиан у нас теплая, как лето, а Амелия пусть будет холодной, как зима.

— Яркая брюнетка с бледной кожей?

— Да-да, в самый раз. Если у Амелии будет броская внешность, можно добавить несколько сюжетных линий, связанных с ее красотой. К примеру, пусть она кого-то соблазнит, чтобы привлечь на свою сторону против Джеймса или… не знаю… ты писатель, придумай какую-нибудь интригу.

— Хорошо, сделаю Амелию красоткой.

— Да, и насчет Джеймса… Вот слишком он правильный. Сделай ему какую-нибудь слабость. Ну, например, пусть у него иногда сносит крышу.

— Что? Нет! Ни за что! Он — положительный персонаж, и таковым и останется! Амелия — ладно, но Джеймса я менять не буду!

— Ого, завелась-то как... Даже не ожидала. Думала, ты бесхарактерная мямля, а в тебе, оказывается, иногда что-то нормальное проглядывает. Ладно, не пыхти, оставь себе своего расчудесного Джеймса. Но тогда пропиши Эммета поярче, пусть хотя бы от главного злодея у читателей снесет крышу. И жду исправленный черновик в четверг. Чао, тихуша!

Готова поклясться чем угодно: это не Джеймс.

Вернее, совсем не тот Джеймс, за которого я билась с Таней. Тот главный герой, которого я прописывала, был справедливым и абсолютно правильным. Он был потрясен, когда Амелия его подставила, но даже тогда он не поступал так, как сейчас: не зажимал меня в угол, не нависал сверху, не причинял мне боль и уж точно не смотрел на меня таким сумасшедшим взглядом.