Книга Попаданка в Академию Боевых Магов, страница 36 – Северина Рэй

— А-а! — закричала я и приготовилась к неминуемой боли, а вместо этого ощутила крепкую хватку, рывок и тяжесть мужского тела.

— Не стой, тупица! — шепнул Тир, откатился от меня, вскочил на ноги и, вскинув руку, запустил в возвращающуюся тварь огненный шар.

Он попал! Тварь издала противный, оглушающий визг, и на ее зов о помощи в нашу сторону метнулись несколько ее сородичей.

Они накинулись на нас все вместе, шипя и скалясь. Их змеиные, загнутые зубы защелкали рядом со мной. И если Тир отчаянно боролся, то я завизжала, отчаянно и громко.

Мои вопли не остались без ответа.

Тир, продолжая швыряться огненными снарядами и отбиваться от агрессивных тварей, пятился назад, ко мне, чтобы прикрыть собой.

Не ожидала от него! И очень обрадовалась, что он не остался глух к моим немым мольбам о помощи.

Но не успела я возликовать, что он вот так ловко справится с напавшими тварями, как рядом со мной появилась огромная, больше чем другие, черная тварь…

Я оказалась между ней и Тиром.

Чтобы не лежать бревном и не стать легкой добычей, вскочила на ноги, попятилась, как черная тварь раскрыла бледную пасть из ее глотки вырвался нескончаемый огонь.

Словно в замедленной съемке, я видела, как рождается пламя. Как его клубящиеся, бурлящие потоки несутся в мою сторону. Но что бы я ни сделала — всё уже было без толку. Миг — и меня накрыла стена обжигающего огня.

В кожу впились тысячи раскаленных игл. Тысячи жал озлобленных ос, жвал красных муравьев… И мой отчаянный крик потонул в гуле пламени.

Всё закончилось так же внезапно, как и началось.

Тварь исторгла из себя огонь, закрыла пасть и, истощенная, попыталась улететь. Возможно, чтобы сделать новый заход, однако стоило ей лечь на левое крыло и оголить подбрюшье, как Тир с рычанием швырнул в нее еще один сгусток огня.

Огонь против огня… «Разве подействует?» — сквозь мучительную боль подумала я. Но черная, мощная тварь завизжала от боли, забила огромными кожистыми крыльями. И получила в одно из них еще один удар.

Тир тоже выдохся. В атаку он вложил последние силы — сгусток огня вышел меньше, чем другие, но его хватило, чтобы порвать крыло. Тварь, отчаянно вереща, полетела вниз.

Огонь уже схлынул, а мне всё еще казалось, что тело опаляют волны жара. Боль не отступала. Она жгла и кусала, и, даже не видя себя, я понимала: всё плохо, но насколько, осознала, когда, превозмогая боль, подняла руки…

То, что увидела, ввело меня в такую панику, что я не могла ни кричать, ни слова произнести. Только безмолвно плакала, слезы потекли по щекам, и новая боль привела меня в чувство.

Всё кончено! С такими ранами не выживают! Да и боль была такой сильной, что хотелось умереть.

— Эй, пустышка! — донесся до сознания голос Тира.

Он стоял спокойный, решительный, однако не делал того, что обычно делают люди, когда другой человек оказывается в беде. А мне больше всего на свете хотелось, чтобы кто-то унял эту дикую боль, прижал к себе, пожалел, сказал, что это временно и всё пройдет, не оставив и следа. А он…

Тир подошел ближе и стоял рядом, не замечая моих слез. Ему вообще не было до меня дела. Он больше волновался за академию, за неживые стены, подпаленные огнем. Осматривался по сторонам, как рачительный хозяин и хороший студент, оценивал последствия атаки чудовищ. А я — человек — была для него пустым местом.