Книга В тени его лжи, страница 16 – Галина Колоскова

Время замирает. Сердце на мгновение застывает, а потом начинает биться с бешеной, тревожной частотой. Бросаю взгляд на часы. Слишком рано для Артура. Он никогда не возвращается домой в середине дня. Разве что…

Я замираю у приоткрытой двери гардеробной, прислушиваясь.

— Никого нет, я же говорил, – раздаётся его голос из прихожей. Он звучит расслабленно, почти беспечно. – У Ольги в это время дела в городе. Кирилл в школе. У нас есть минут двадцать.

И тут же – другой голос. Высокий, мелодичный, тот, что слышала недавно на злополучном вечере.

— Ну, наконец-то! Очень хотела посмотреть на твоё «гнёздышко» изнутри.

У меня перехватывает дыхание. Это она. Он привёл Юлю в дом. В нашу крепость. Туда, где до сих пор висят наши с ним общие фотографии, пахнет моими духами и царит наведённый мною уют. Где в диване всё ещё лежит плед, под которым мы когда-то смотрели фильмы.

Гнев подкатывает к горлу едким, обжигающим комом. Я чуть не вскрикиваю от злости. Сжимаю кулаки, до ногтей в ладони, как делаю в последнее время. Боль отвлекает, помогает не выдать себя.

Неслышно подхожу к краю лестницы и гляжу вниз.

Он помогает ей снять пальто. На ней опять новое платье – розовое, обтягивающее. Каждый изгиб стройной фигуры не скрыт, а выставлен напоказ. Она окидывает взглядом прихожую. На кукольном лице появляется та, оценивающая улыбка, что была на благотворительном вечере.

— Мило… – произносит снисходительно.

Сжимаю зубы. Куда мне, корявой, до её изумительного вкуса. Хочется вцепиться ногтями в накрашенное лицо.

— Документы в кабинете, – Артур, заметно нервничая, спешит к лестнице. Это бесит ещё больше. Он боится не меня, а того, что его наглость будет раскрыта сыном.

Успеваю спрятаться в гардеробной. Он проводит Юлю мимо двери. Та замерла на секунду. Уверена, ей очень хочется посмотреть, что внутри. Вжимаюсь спиной в одежду.

— Чего замерла? – спасает моё положение предатель. – Идём. Кабинет дальше.

Я осторожно крадусь за ними. Сердце колотится так громко, что, кажется, они должны его слышать.

Она разгуливает по моей гостиной, как по музею. Змеиный взгляд скользит по полкам с книгами, по фотографиям, по вазам.

— А это ты в детстве? – она берёт в руки фоторамку. Кирилл-первоклассник улыбается со снимка. Она проводит по стеклу подушечкой большого пальца. – Какой милый. А где вы жили с родителями? Рядом с Ольгой?

— Да, – коротко бросает Артур. – Пошли, Юль. Мы здесь по делу.

Но она не слушает. Подходит к камину, уставившись на наш с Артуром свадебный портрет. Мы на нём смотрим друг другу в глаза. Мы счастливы, мы молоды и глупы.

— Обаятельная пара, – в голосе мерзавки насмешка. – Но, как говорится: всё течёт, всё меняется.

Она поворачивается к Артуру, кладёт ладонь ему на рукав. Лёгкое, фамильярное прикосновение.

— Знаешь, а в этом доме есть потенциал. Конечно, нужно всё переделать… – Взгляд змеи по-хозяйски останавливается в углу огромной комнаты. – Даже здесь. Если убрать старомодный торшер, передвинуть диван к окну… Получится очень стильно.

У меня темнеет в глазах. Она уже не осматривается, а планирует перестановки. Собралась выкидывать мои вещи и расставлять свои?

Снаружи раздаётся звук захлопывающейся дверцы машины. Потом – быстрые шаги по дорожке. Шофёр привёз сына домой. Хлопает дверь. Быстрые шаги по лестнице, по коридору. Заскакиваю в гардеробную, представляя, что происходит за стеной.