Книга Босс, укравший Новый год, страница 106 – Ана Макушевская

— Вряд ли ты кому-то еще приглянешься, кроме него.

— И хоть кто бы знал, что он в тебе нашел, — вздохнула бабушка и посмотрела на Лизу.

— Сделай хоть что-то стоящее, — напутствовала меня мама.

В комнату вошел Хосе и, взяв меня за плечи, повел в прихожую, из чего я сделала выводы, что он подслушивал. Я попрощалась с его семьей и выбежала из квартиры. Мне хотелось на свежий воздух. Хотелось побыть одной.

Хосе вызвал лифт и двери тут же открылись. Мы вошли в кабину, и я привалилась к стенке.

— Мы сейчас за Врушей, а потом к тебе? — уточнил Хосе.

— Да.

Двери лифта закрылись, и мы поехали вниз. Хосе подошел ко мне, и его руки оказались по бокам от меня. Прежде, чем я начала бояться, что мы упадем, он поцеловал меня в губы.

Немного разомлевшая от вина, я поддалась губам Хосе, очарованная его нежностью, за которой ощущался напор. Я ответила на его поцелуй и подчиняясь теплу его губ, потянулась к нему сама. Обняла его, прижимаясь к его крепкой груди. Мне хотелось большего. Чтобы мы занялись любовью прямо здесь, чтобы у меня не было времени думать и страсть полностью захватила меня. Отключить голову, позволив себе только чувствовать. Как бы я ни старалась быть логичной и правильной, я была всего лишь влюбленной девушкой, желающей взаимности. Мое тело предавало меня, и я могла его понять, но разочарование в Хосе каплей яда стекало в эту истому, не давая поддаться искушению.

Хосе желал того же и даже джинсы не могли скрыть его стремлений.

— Ты сводишь меня с ума, — прохрипел Хосе между поцелуями. — Я хочу тебя.

— Правда? — глядя ему в глаза, спросила я. — Или это снова игра?

— Ты ведь сама знаешь, — проводя пальцем по моей нижней губе и это просто прикосновение заставило меня трепетать.

— Не знаю, Хосе. Там, в домике Штейна, я знала одного человека, который был добрым и с ним хотелось пойти на край света. А сейчас передо мной обманщик и манипулятор. И я не понимаю, в какой момент ты был настоящим. Я не знаю тебя, Хосе.

— Я никогда не лгал тебе.

— Как я могу верить, видя, как ты лжешь другим? — сказала я. — Особенно своим близким. И меня принуждаешь к этому.

— У меня есть причины.

— Я не хочу в том участвовать. Отпусти меня, пожалуйста, — попросила я. — Все равно ничего хорошего не получится.

— У нас еще есть три дня, — наклоняясь ко мне, прошептал Хосе.

— И я хочу, чтобы они закончились, как можно скорее, — призналась я, борясь с желанием расплакаться от собственного бессилия.

Двери лифта распахнулись и Хосе отпрянул от меня, позволяя выйти первой.

* * *

В молчании мы с Хосе приехали домой к бабушке, чтобы собрать нужные ей вещи и забрать Врушу. Я бегала по квартире, стараясь ничего не забыть, хотя не сомневалась в том, что опять сделаю что-то не так. Например, не привезу то, что меня не просили и буду в том виновата, потому что могла бы догадаться сама.

Хосе сперва возился с Врушей, которая до визга обрадовалась нашему приходу, а потом начал рассматривать фотографии, занимающие большую часть стен.

— Кто это снимал? — спросил Хосе, кивнув на стену с черно-белыми фото.

— Большую часть бабушка — она работала спецкором и много ездила по миру, а потом мама пошла по ее стопам. Ее работы слева. Но она проработала недолго — после рождения Лизы поняла, что хочет быть ближе к нам и уволилась.