Книга Однажды я стала принцессой. Книга 1, страница 153 – Плутос

— Если хочешь, я не дам им поднять голову до самого конца церемонии.

— Н-не надо.

Только не это. Я ведь не единственная дебютантка сегодня! Сколько еще девушек, одетых в белоснежные платья, как и я, ждали этого бала несколько месяцев, а то и лет! И не дать им поднять голов до окончания бала? Да как можно?! Это ведь всем испортит праздник. Кхм. Если я это допущу, то все девушки империи меня возненавидят и жизни мне не дадут.

— Ты ведь рядом со мной. Так что все хорошо.

Ух, но меня все еще тошнило. Меня же не вырвет во время танца? Если это произойдет, то я прям там и умру от стыда. Ужас.

— Ты переживаешь из-за пустяков.

Что? Пустяков? У меня ощущение, что я упаду замертво, только выйдя на танцпол, где меня ждет эта толпа людей. А нам еще танцевать там. Это точно безумие.

— А когда ты была маленькой, ты так бесстрашно тягала меня за волосы, била по лицу. Станцевать перед другими, должно быть, проще простого.

Ик! Клод сказал это бесстрастным тоном, а я чуть не взвизгнула от смущения. Нельзя же так резко на меня нападать! Почему ты об этом вспомнил именно сейчас? Сколько лет прошло с тех пор? Он ведь это еще и запомнил!

— Хе, хе-хе-хе. Не было такого. Ты такой шутник, папа! – я громко рассмеялась, словно только что услышала самую смешную шутку.

Но Клод не отступал.

— Ты была такой смелой тогда.

— Ах, ну хватит меня дразнить.

Хватит вспоминать мое темное прошлое! Я хочу тебя стукнуть! Но если я пойду на поводу у этого желания, то моя жизнь впервые за долгое время окажется на волоске. Хнык.

Тем временем мы с Клодом дошли до танцпола. Он повернулся ко мне, состроившей надувшуюся мордашку, и жестом пригласил на танец. Конечно, речь шла о Клоде, поэтому рука у него выглядела так же сухо, как и куриная грудка, из которой убрали все остатки жира. Но мне это и нравилось.

— Руку.

Я что, собака? Кхе. Тузик, лапу! Ко мне! Сидеть! Лежать! Мне это не нравится.

— Хе-хе-хе.

Но что мне оставалось? Он же попросил. Д-да. Не хочу подвергать свою жизнь опасности.

Я немного приподняла подол платья, сделав реверанс в ответ, и положила руку в его протянутую ладонь. Почувствовала себя ужасно. Хнык. Я правда похожа на собачку.

Но при этом слова Клода мне помогли. Я нервничала меньше, чем в начале. Подумаешь – станцевать перед толпой. Я дала пощечину Клоду, которого боятся вообще все! С чего мне волноваться? Кхе-кхе.

— Успокойся. – Голос Клода был тихим, он едва ли не тонул в звуках музыки. Мы заняли свои позиции, и зал начал наполняться звуками менуэта, который я репетировала сотни раз. – Неважно, что подумают другие. Главное, чтобы тебе было весело.

Его слова заглушили все остальные звуки. Я забыла о взглядах окружающих, об их словах. Я взглянула в лицо Клода, который вел меня в танце, и немного улыбнулась.

А что, если он вспомнил об этом специально, чтобы отвлечь меня? Благодаря этому я действительно успокоилась. Теперь надо было дать ему знать, что ему больше не о чем переживать.

— Папа, разве ты не знаешь, насколько хорошо я танцую? Постарайся не сильно удивляться. Мадам Помпадур хвалила меня на каждом занятии…

Топ!

Не успела я даже предложение закончить, как я ощутила под своим каблуком не мраморный пол, а ботинок. Клод изучал мое перепуганное лицо и приподнял бровь.