Книга Город богов и монстров, страница 94 – Кайла Эдвардс

Лорен начинала понимать, что и у этой монеты есть две разные стороны.

Она прокашлялась.

— Зайди на девчачье кино.

Он фыркнул и наконец повернулся к ней:

— А тебе обязательно ставить ежедневной целью служить мне головной болью?

Теперь, когда туман перед глазами наконец рассеялся, она разглядела, как здорово ему досталось. Ему повезло, что он провидец и что царапины на его умопомрачительном лице затянутся бесследно, но…

Она чудовище, если обошлась с ним вот так. Чудовище.

Лорен глубоко и прерывисто вздохнула.

— Скорее уж, ежеминутной целью, – она пыталась говорить небрежным тоном, но шутка получилась натянутой.

Дарьен снова повернулся к ней.

— Эй, – позвал он, наклонившись, чтобы заглянуть ей в глаза. Их взгляды встретились, Лорен не знала, увидел ли он ее слезы, уже угрожающие пролиться. Увидел или нет, но его лицо заметно смягчилось: – Об этом не беспокойся. Я заслужил все царапины до единой за то, как говорил с тобой.

Это признание и его искренний взгляд вызвали странный трепет у Лорен глубоко внутри. Те самые «бабочки в животе», сообразила она. И не смогла припомнить, когда в последний раз ощущала подобное.

Она почувствовала, как вспыхнуло лицо.

— Не заслужил.

— Я же сказал – не беспокойся, новенькая. Слышишь меня? И потом, боль я люблю.

При этих словах у нее вырвался смешок.

— Каким же надо быть, чтобы любить боль?

В его стальных глазах заплясала насмешка.

— Долбанутым, вот каким. – Он протянул к ней руку с талисманом. – Надень его, – помедлив, он добавил: – Пожалуйста.

Она наклонилась вперед, чтобы взять у него талисман, при этом коснулась кончиками пальцев татуировок у него на костяшках. От прикосновения к его коже сердце запрыгало в сбивчивом ритме, в животе снова затрепетали бабочки. Выражение невинного любопытства, появившееся на лице Дарьена, давало понять, что он уловил смену ее сердечного ритма.

Отчаянно желая отвлечь его, она кивнула на пульт в его руке.

Дарьен тихо вздохнул.

— Ладно, – сбросив ботинки, он взгромоздил ноги на журнальный столик. – Девчачье кино так девчачье.

* * *

После пяти часов романтических комедий и мелодрам Дарьен был более чем готов уступить роль сторожа Максимусу. И поскольку пару девчачьих фильмов он посмотрел, пожалуй… с удовольствием, ничего хорошего это не предвещало. Вообще ничего. Пора было взбодриться и заняться добыванием майнетов.

Но заканчивая завязывать армейские ботинки в холле и собираясь выйти за дверь, он вспомнил, что забыл ключи от машины.

Он похлопал по карманам черных брюк карго, кожаной куртки… Ключей там не было. Посмотрел на стеклянном столе, в деревянной чаше, где начинал иссякать запас древних монет.

Ключей нигде не было. И это обычно означало только одно.

Дарьен медленно повернулся к лестнице, посмотрел на площадку второго этажа и увидел своего фамильяра, стоящего там с выжидательным выражением, ключи свисали из его слюнявой пасти.

— Бандит, – укоризненно, но с насмешкой протянул Дарьен. Купированный хвост пса дернулся. Дарьен протянул руку. – Давай их сюда, малый.

«Только через мой бесплотный труп», – ответил дух.

— Бандит…

Один шаг в сторону лестницы – и фамильяр сорвался с места, оставляя за собой шлейф черного дыма.

Дарьен кинулся вслед за Бандитом, прыгая через три ступеньки, но пес мчался быстро. Он уже успел взлететь на площадку третьего этажа, впиваясь когтями в ковер и заставляя дрожать картины на стенах.