Книга Город богов и монстров, страница 89 – Кайла Эдвардс

Ему так хотелось поверить в собственную ложь.

И он в нее почти верил.

* * *

Всю дорогу домой Дарьен молчал. А Лорен наблюдала за ним в зеркало заднего вида. Он ни разу не встретился с ней взглядом – мало того, казалось, он едва видит темную дорогу перед собой.

Поставив машину перед домом, он первым вышел из нее, первым поднялся на крыльцо, вошел в арку дверей.

Как только Джек выбрался из салона, освободив ей дорогу, Лорен заспешила за Дарьеном, но запуталась рукой в ремне безопасности и при попытке выпутаться защемила бедро Даллас. Не слушая возмущенные возгласы ведьмы, она выскочила из машины и почти побежала по усыпанной гравием дорожке.

Она ворвалась в холл, тепло которого приятно окутало ее, и как раз достигла подножия широкой, устланной ковром лестницы, когда Дарьен прошел первую площадку.

— Дарьен! – позвала она и, задыхаясь, бросилась вверх по лестнице вслед за ним. Она смутно сознавала, что остальные входят в дом, краем уха слышала, как Даллас пыталась окликнуть ее, спрашивая, с каких это пор у нее появились суицидальные наклонности. Не обращая на нее внимания, Лорен продолжала гнаться за Дьяволом. – Дарьен, подожди…

Он круто обернулся, и она чуть не свалилась с лестницы, увидев, насколько черными стали его глаза.

Но… он ведь никого не отслеживал.

Тогда почему его глаза почернели?

Когда она заговорила, ее голос звучал едва слышно, кроме того ей пришлось схватиться за перила, чтобы удержаться на ногах.

— С тобой все хорошо?

— Чего тебе надо? – резко отозвался он. Его опущенные руки сжимались в кулаки и разжимались, словно ему очень хотелось врезать по чему-нибудь. Ноздри раздувались, а челюсти были сжаты так крепко, что казалось, причиняют ему боль.

— Я хотела извиниться, – прошептала Лорен. – За то, что мы поехали за вами в Каменный Край. Понимаю, это было глупо и безрассудно, и…

— Да, и глупо, и безрассудно, – прервал он. Потом повернулся и продолжал подниматься по лестнице, шагая через две ступеньки. – Ладно, проехали, – он небрежно махнул рукой и скрылся в коридоре. Спустя некоторое время дверь в его комнату захлопнулась с такой силой, что задрожала люстра в холле, осыпая бликами хрустальных подвесок безупречно чистые стены.

Лорен не сразу смогла успокоиться и убедить себя, что они с Даллас в самом деле повели себя безрассудно и глупо, и Дарьен имел полное право разозлиться на нее.

К тому времени, как она собралась с мыслями и решила дойти до верха лестницы, дверь комнаты Дарьена распахнулась. Он появился, одетый в рваные и выцветшие голубые джинсы, серую рубашку хенли с длинным рукавом и армейские ботинки, пятна на которых могли быть лишь давно запекшейся кровью. Спортивная сумка висела у него на плече, глаза по-прежнему были черными как оникс. Он держался так напряженно, что отчетливо проступали все жилы у него на шее, широкая грудь заметно вздымалась и опадала с каждым быстрым вздохом, пока он спешил по коридору в сторону Лорен.

Заглушив в себе голос рассудка, требующий оставить Дарьена в покое, Лорен попыталась загородить ему путь… но коридор был широким, Дарьен мог просто пронестись мимо нее, словно ее и не было здесь. Так он и сделал.

Она знала, что не стоит идти за ним, лучше дать ему побыть одному. Но, как обычно, она не вняла советам разума.