Книга Город богов и монстров, страница 331 – Кайла Эдвардс

И хотя Лорен спасла не всех – лишь тех, кто погиб при взрыве, а не тех, кто пострадал еще до него, и на тротуарах и проезжей части виднелись лежащие тела, – народу на улицах было полно.

Стоя на коленях перед Дарьеном, совершенно измученная, уже без радужного ореола, зато с пылающей ярко-красной медицинской татуировкой на руке, Лорен вдруг пошатнулась и повалилась на солнечные часы, мрамор которых уже восстановился.

— Лорен! – Дарьен метнулся к ней, подхватил на руки ее обмякшее тело. С лихорадочно бьющимся сердцем и скользкими от пота ладонями он наклонился, прижавшись ухом к ее груди.

И ослабел от облегчения, услышав стук ее сердца – такого же реального, как земля под его ногами.

— Хвала богам… – выдохнул он и с трудом сглотнул. Прижимая Лорен к себе, он запрокинул голову и засмотрелся в светлеющее небо, шепча в его бесконечную даль: – Спасибо тебе. Спасибо.

В ухе послышался легкий треск.

Потом сиплый голос сестры позвал:

— Дарьен… – она как будто только что проснулась после крепкого сна. – Где ты? Что случилось?

У него вырвался всхлип.

— Ты жива, – произнес он в микрофон. Лорен в его руках пошевелилась, ее ресницы затрепетали. – Мы живы.

Лорен взглянула на него из-под ресниц, ее радужки приобрели глубокую синеву океана в рассветных лучах нового дня. Того самого дня, который всецело принадлежал им – осталось лишь принять его.

Дарьен прошептал:

— Счастливых Календ, Лола.

Наступил новый год.

И они выжили.

Лорен проспала долго.

А когда наконец проснулась, за окнами было темно, небо превратилось в темный холст, испещренный блестками звезд. Она лежала в своей постели в Адских Вратах, закутанная в стеганые одеяла – бирюзовые с белой отделкой.

Ей понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить и осмыслить случившееся.

Неужели это был всего лишь сон?

Шурша простынями, она перекатилась на бок и поморщилась от боли в спине.

Ныла каждая косточка, каждая мышца в ее теле. Вместо комбинезона, который спас ее во время взрыва, она была одета в пижаму, и почти все тело покрывали ссадины, царапины и густо-лиловые синяки.

Свет в комнату сочился только в щель под дверью. Издалека доносились голоса, приглушенные расстоянием до невнятного гула. Прислушиваясь к звукам этих голосов – голосов своей семьи, – она закрыла глаза и задышала глубоко и размеренно, сосредоточившись еще и на ароматах свежемолотого кофе, кондиционера для постельного белья и, кажется, пиццы. Эти голоса и запахи успокаивали ее душу, вселяли в нее уверенность.

Она в безопасности.

Она дома.

Лорен потянулась и взяла мобильник, который заряжался, включенный в розетку у тумбочки. Щурясь от яркого света экрана, она проверила дату.

Все еще Календы, все еще день ее рождения – до конца этого дня осталось больше двух часов.

Выпуская на волю свою магию, чтобы воздействовать на копию Источника Арканума и заставить ее самоуничтожиться, она смотрела сверху на каждый переулок, каждый жилой дом и офисное здание, словно всегда была здесь. Словно была божеством.

Как будто смотрела глазами самого Темпуса Лжеца, устами которого выговорила желание, купленное для нее отцом.

Все горожане, погибшие при взрыве, вернулись к жизни, все раны, полученные ими, исцелились от чудесного поворота времени вспять – они избавились даже от болезни, превратившей стольких в голодных демонов. А те, кто умер до взрыва Источника, как Рэндал и его стража, остались мертвыми. Мысли об этом отчасти ужасали ее, но без Рэндала и ему подобных мир должен был стать гораздо лучше.