Онлайн книга «Цена мечты»
|
Через несколько минут бешеного темпа ходьбы, мы, наконец, пришли в какое-то помещение. Это оказался спортзал. Да он издевается! Мы вышли на середину площадки и Сай встал напротив. Я стремясь передать всю гамму моего возмущения, уставилась прямо в его глаза. И возмущение резко сошло на нет. Темно-серые, с черными прожилками, они были очень красивыми. И грустными. — Послушай меня, Нолли. – в его голосе больше не было командных ноток. – Тебе сейчас может быть плохо, больно, тоскливо. Но ты не имеешь права тратить даже минуту своей жизни на тоску о том, что уже не изменить. Что бы ни произошло между тобой и родителями, запомни о них что-то хорошее и не позволяй себе унывать. Это главное. Уныние, депрессия, апатия и тоска – твои злейшие враги. Они мешают двигаться, парализуют, душат тебя. Ты не можешь ничего делать, жизнь становится серой и пресной. Этого нельзя допускать, иначе ты просто умрешь. Отец рассказал вам не все. Моя фамилия «Та-но». Тано Сай. В переводе с японского это означает «другой». Это имя преследовало меня сколько я себя помню. Другой, не похожий на других, одинокий птенец без поддержки взрослых. Я взял себе именно такую фамилию, чтобы никогда не забывать, что я действительно другой. Я – особенный. Превратив то, что тебя угнетает в свое преимущество, ты станешь сильнее. И если ты действительно такая, какой описала тебя Роза Вейко, то ты сможешь это сделать. — Они бросили меня. – на глаза вновь навернулись слезы. – Они испугались меня и уехали в другую страну. — Они оставили тебя без средств к существованию? — Нет. – я шмыгнула носом. – Папа сказал, что будет переводить мне деньги, да и квартиру они мне оставили. — Вот видишь. Они все еще любят тебя и заботятся о тебе. Столько лет на ветер просто так не выкинешь. Преврати это в хорошее: ты свободна от родительского надзора. Ты можешь делать все, что хочешь. У тебя есть свое жилье, ты не ночуешь под мостом, или где придется. У тебя будет еда, одежда и крыша над головой. Это то, чего не было у меня когда-то. Цени то, что у тебя есть. В конце концов, ты не остаешься одна. – он вздохнул и вдруг резко скомандовал – Чего стоим? Отдохнула немножко и марш! Круг по залу, легким бегом! Переход был таким резким, что я не успела что-то возразить и машинально начала бегать. Потом хотела воспротивиться. А потом подумала, а что терять в самом деле? Хандрить и жалеть себя я могу в любое время. Мама с папой меня действительно любят. А бояться чего-то неизвестного не зазорно, это просто инстинкт самосохранения. Так что ноги в руки, волю в кулак, слезы – обратно в слезные железы и вперед! А то действительно, всего пару суток поболела и уже еле двигаюсь. Давай, Нолли, за тебя никто бегать не будет! *** Сай и сам не знал, зачем он все это рассказал едва знакомой девчонке. Рассказал то, что давно висело на сердце. Но теперь он смотрел, как меняется выражение лица у девушки и улыбался.Самыми уголками губ, почти незаметно. Кажется, действительно стало легче. Им обоим. * * * После ухода родителей прошло около двух недель. Все это время я жила в Центре. В свою квартиру пока не хотелось возвращаться, уж очень не хотела меня обида на родителей отпускать. И все за эти две недели я отправила им сообщение и фото. «У меня все хорошо, как вы там? Хорошо доехали?». Никакого подтекста, просто вопрос. Я старалась, чтобы на фото не было видно, как я скучаю, как мне плохо и обидно. Им не стоит этого знать. |