Книга Внучка ведьмы Воронихи. Книга 1, страница 138 – София Коралова

Тем временем Фёдор Афанасьевич решил на совещании прочитать первоначальную форму доклада, в которой говорилось о молодых предпринимателях. Сергей – Сергеем, а показатели его работы нужны самому Фёдору. Ему бы досидеть хоть до конца срока нынешнего главного. Очень кстати он вспомнил о паспортных данных, которые ему когда-то присылал тот фермер.

Только теперь он запустил их в проверку, чтобы понять, что за жук этот Антон. Бабку какую-то приплели. После совещания он занялся всеми вопросами вплотную и лично. В пятницу с утра, ну как с утра – часам к десяти, к Воронихе приехал на своём запорожце Павел Петрович. Его, как обычно, встречала у калитки Ворониха. Она провела его в дом, повела не в свою рабочую комнату, а в горницу.

— Садись, поговорить с тобой хочу. Получилось так, что твой сын и моя внучка подружились, Сергей сделал ей предложение и, кажется, она его приняла. Поэтому, возможно, мы будем и родственниками. Но тут я ничего не могу сказать, это будущее для меня закрыто. Просьба у меня к тебе есть.

— Какая, я слушаю, – ответил Павел Петрович.

— Бери путёвку и поезжай в санаторий, чем скорее, тем лучше. Тебе же положен санаторий?

— Не могу, сыну кто варить кушать будет, кто за домом смотреть будет.

— А вот и я о том. Сын не один, он с другом, да и хочу посмотреть, за кого внучку отдавать, умеет ли он хоть что-то по дому делать. Но это полбеды. Ты ДОЛЖЕН туда поехать и чем быстрее, тем лучше. Путёвка в собесе есть, на Новый Год и отправляйся. Обещаешь мне? Не хочу, чтобы магией тебя заставлять туда ехать. Родственником можешь быть. Ну что? Поедешь в понедельник за путёвкой? Обещаешь?

— Ну, если настаиваешь, поеду. А точно без меня ничего не случится?

— Да разве я внучке враг? Я все контролировать буду. Бери путёвку ту, которая будет с двадцать второго числа. Не двадцать первого, не двадцать третьего или других чисел, а именно с двадцатого. Запомнишь? Или записать?

— Светлана Акимовна, обижаешь меня. Память ещё ого-го. Хорошо, верю тебе, если нужно двадцать второго, поеду двадцать второго. А там что, санаторий какой-то особенный?

— Нет, там ты кое-кого встретишь. Ну все, больше говорить не буду, сам увидишь.

Тут заплакал Андрюша, проснулся уже. Бабушка, извинившись, пошла в Катину комнату, взяла его на руки, успокоила. Павел Петрович смотрел через открытую дверь на этих двоих. Возможно, он будет этого мальчишку водить с собой на рыбалку, как тот подрастёт. Эх, не сложилось с Машей, не тем человеком оказалась.

Посадив внука снова в кроватку, она проводила гостя до калитки и вернулась к внуку. Одела его и повела гулять во дворе. Было сложно что-то делать, принести, например, воды. Но когда малыш устал, посадила в коляску, привязала и сходила к колодцу, принесла воды, залила в чугунок греться. Затем внесла дров и забрала внука в дом.

А тут и Катя прибежала. Помыла руки и сразу к сыну. Накормила, поиграла, посадила в кроватку, чтобы посидел перед сном, сама быстро обедать с бабушкой. Рассказала о клиентах, о том, как снова угадала заболевание. Бабушке было приятно, что Катя растёт.

— Бабушка, мы завтра с Андрюшей и Серёжей в райцентр едем, покатаемся, в кафе зайдём. Ему какой-то заказ нужно ещё забрать.

— Да разве я не пускаю? Ты когда обручальное колечко оденешь?