Книга Мой друг дракон. Книга 2, страница 83 – София Коралова

Он протянул переднюю конечность, которая была как бы смесью между лапой тигра и когтями орла, и схватил извивающегося суща за голову. Диана отвернулась, ей не хотелось видеть процесс. После чего, закрыв бокс, вернулись домой, рассказали потом Гоше, чем они занимались.

— Да я уже знаю. Твоё отношение к нам просто удивительно. Так может, мы сейчас полетаем? Не будем ждать полночи. Диана, ты как? Отпустишь сейчас мужа?

— Конечно, хотелось бы увидеть самой, как он летает.

Гена тут же раскинул свои крылья и взлетел в небо. Диана заворожённо смотрела, как муж легко поднимается вверх, становясь все меньше и меньше.

— Ух, какой он у меня, – восхитилась им и вошла в дом.

В полёте Гена сразу задал вопрос:

— Я могу отменить договор? Если могу, как это сделать? Я уверен, что этот договор лишает в некоторых случаях жизни магических существ. Не всех, но я собираю факты.

— Допустим, я узнаю. И как ты представляешь дальнейшее взаимодействие магов и нас?

— Я буду работать над новым договором, таким, который будет привязывать не только существа к магам, но и магов к существам. Тогда многие маги крепко задумаются об своей ответственности перед вами.

— Гена, это будет сложно, сразу скажу. Я имею ввиду расторжение этого договора. Думаю, тебе придётся потратить много своей силы на это. Я буду всё узнавать, возможно, ответ кроется в тех надписях, которые я принёс для тебя, возможно, снова придётся лететь в горы, хотя все знания уже здесь.

— Только я очень надеюсь, что наш разговор никто не услышит.

— Никто. Наш с тобой разговор никогда никто не слышит.

Они поднялись ещё выше над городом, теперь Гена уже более уверенно пользовался крыльями, мышцы, которые были при этом задействованы, начали набирать необходимую силу и выносливость. Но всё же он понимал, что сил, чтобы долететь до тех гор, где когда-то жили его предки, у него недостаточно. Нужны тренировки и не один месяц.

— Гоша, а почему мы, в основном, летаем над Москвой?

— Здесь такое освещение, что люди не увидят нас, даже если будут рассматривать ночное небо. За городом нас лучше видно будет, поэтому, чтобы замаскироваться, нужно подниматься высоко. Ты пока ещё не адаптирован, твои лёгкие не выдержат разреженный воздух плюс физическое напряжение.

Кстати, когда натренируешься, ты сможешь летать даже днём, правда, в солнечную погоду. Я ведь летаю.

— Как это? Тебя ведь могут увидеть!

— Мастер, у меня голубой цвет кожи, цвета неба. У тебя, когда у тебя открываются крылья, также. На фоне неба мы не заметные.

— Гош, я тут подумал, что пока не готов к длительным полётам.

— Я понимаю. А куда ты хочешь лететь?

— В горы, за ответом.

— Так я могу полететь, не вопрос.

— Гоша, ответ должен найти я сам, а ты – не почтовый голубь, летать туда и обратно с ответами. Будем искать в тех артефактах, что ты принёс раньше. Ты сам говорил, что это всё, что было передано мне.

— В принципе, ты прав. Завтра выдели время и будем разбираться.

— А не…

— Не. Потому что, когда нам нужно, чтобы нас услышали все, мы включаем свой, так сказать, общественный канал и общаемся. В остальном нас никто не слышит. А то как же бы это было бы – я общаюсь, допустим, со своей партнёршей наедине, а остальные существа это всё слушают?