Книга Жестокие тайны, страница 18 – Морган Бриджес

Он смотрит в сторону, потом снова на меня:

— Да.

— Ну и нафиг надо было столько времени это скрывать? – Чем острее чувство предательства в груди, тем писклявее у меня голос. – Почему ты мне не сказал? Я помню, что раньше мы над мажорами прикалывались, но и что с того? Это же только потому, что мы сами хотели ими быть. Ты член семьи, я никогда бы тебя не осудила.

— Знаю. Просто с этим союзом не все так просто. Сама говоришь, мы смеялись над богачами, над детишками из хороших семей, которые зад сотнями подтирают. Но когда ты постоянно с ними тусуешься… Не знаю. Все выглядит как-то иначе.

Я отмахиваюсь.

— Мне наплевать, что ты состоишь в братстве, пока ты сам не превратился в выпендрежника. Да что там, когда поступлю в колледж, может, сама вступлю в какое-нибудь сестринство.

— Ты еще не оставила идею сюда поступать?

— Нет, конечно. – Я подозрительно щурюсь. – А что?

Он качает головой:

— Просто не хочу, чтобы ты слишком сильно надеялась. Вот и все.

— Медаль я, конечно, не получу, но закончу школу неплохо, Бен. И меня возьмут в Саут-Харбор. Конец истории.

— Ладно-ладно. Не слушай меня. Где девчонки? Мне скоро надо бежать, хочу с ними повидаться.

— Точно, – вздыхаю я. – Сейчас схожу за ними, но сначала пообещай мне кое-что.

— Что?

— Не меняйся слишком уж сильно в своем крутом колледже, ладно? Хочу, чтобы из университета ко мне вернулся мой прежний Бен.

Он смотрит куда-то в пустоту.

— Лайла, мы не можем просто взять и решить не меняться. Мы растем, взрослеем, учимся, достигаем чего-то. И, хотим того или нет, этот опыт нас закаляет. – Откашлявшись, он смотрит на меня с грустной усмешкой. – Но ты всегда будешь дорога мне. Это никогда не изменится.

— И ты мне тоже. К тому же, когда мы снова будем вместе, все опять станет хорошо. Остался ведь только год.

— Никак не могу привыкнуть, что ты так быстро растешь.

— А что будет, когда мне восемнадцать исполнится…

— Этого я и боюсь, – качает головой он.

Четвертый курс

Настоящее

— Мне нужно попросить тебя об услуге, – говорит Бенджамин, не глядя на меня.

Голос он понизил почти до шепота, хотя, кроме нас, в комнате никого. Взглянув ему в глаза, я вижу в глубине что-то очень серьезное.

Такие чувства только девчонка может вызвать.

— Это личное.

Я со смехом толкаю его, пытаясь свести все к шутке.

— Нет, я не полезу из-за тебя в дерьмо. Думал, ты все понял еще на подготовительном, когда я спас твою жопу в башне.

Он поджимает губы.

— Я серьезно, Икс. Это очень важно.

— Понимаю. – От тревожного предчувствия сжимается желудок. – Ты в последнее время какой-то дерганый.

Бенджамин отходит к окну и скрещивает руки на груди.

— Не знаю, могу ли просить тебя об этом, но я больше никому не доверяю.

Он замолкает. Я не мешаю ему мысленно спорить с самим собой. Если дать Бенджамину подобрать правильные слова, он поделится тем, что у него на уме. Проблема в том, что мне нахрен не упало это слушать.

Коротко выдохнув, я падаю в кресло, забрасываю ногу на бедро. И жду. Окидываю взглядом комнату, стараясь сосредоточиться на мелочах, чтобы справиться с нетерпением.

В замке, где живут члены братства, смешалось прошлое и настоящее. Факелы сменили электрические бра. Высокие потолки, арочные окна и причудливая лепнина соседствуют с современностью – модной мебелью и шикарной сантехникой в ванной, однако в целом величественная атмосфера здания сохранилась.