Книга Ценный груз, страница 96 – Крис Велрайт

Дэмину захотелось обхватить голову руками и завыть. Слишком уж явственно он видел картину того, как Джан сквернословит и попирает все существующие ведомства, их начальников и самого правителя Синторы.

Мысли становились лишь мрачнее, а чувство безнадежности – сильнее.

Из пучины мучительных переживаний его вывел болезненный удар по колену. Мингли сделал вид, что его нога случайно дернулась из-за неровности дороги, и столкновение было непреднамеренным. Понять, так ли это было на самом деле, или демон пытался выдернуть господина из излишних переживаний, не представлялось возможным. Слишком уж непроницаемым было выражение его лица.

Дэмин отодвинул в сторону дощатую створку окна и окинул взглядом улицу. Они уже почти добрались до серых каменных стен Ведомства Безопасности. Один лишь вид этого строения наводил на многих горожан ужас. Самое темное пятно среди архитектурного разнообразия города. Огромные каменные блоки складывались в неприступную гряду, окружавшую сердцевину, состоящую из не менее мрачных построек.

Центральный вход украшали массивные ворота с единственной красивой деталью комплекса – дверью для тех, кто входил в Ведомство по собственной воле. Она была украшена резным козырьком и имела закругляющуюся к концу ручку. На этом излишества и роскошь заканчивались.

Ведомство принимало посетителей круглосуточно. Прошения и заявление о преступлениях оформлялись через центральный вход. Ночью тут часто рыдали женщины, подвергавшиеся преступным действиям, или кричали мужчины, возмущенные тем, что никто не намерен сразу же кидаться сломя голову и ловить преступника, на которого они указывали. Днем же часто толпились люди, желающие возмездия обидчикам или не согласные с решением суда по поводу заключенных здесь друзей, возлюбленных или родственников.

Для преступивших черту закона предназначались отдельные двери. Их называли Дверьми Позора или Последним Чертогом. Через них проводили тех, кто уже получил решение суда о наказании, казни или заключении. Сюда сразу приводили людей, чья вина была столь очевидна, что не требовала разбирательств. Перешагнувшие этот порог осознавали, что их не спасут даже боги.

«Прошел ли отец сквозь центральные ворота? – вдруг задумался Дэмин. – Или его, как подлого и ничтожного преступника, провели сквозь Двери Позора? Если это так, то как же тяжело ему было принять такое бесчестие».

Он хотел было поинтересоваться об этом у Гувэя, но передумал, понимая, что тот сам вряд ли знает подробности.

Остановились, дожидаясь, когда раскроются ворота Ведомства.

Потом колеса зашелестели по серой и невзрачной гальке, которой был устлан внутренний двор. Повозку тут же снова затормозили вооруженные стражи, велев всем немедленно выйти и представиться.

Синторцы никогда не могли похвастаться славой веселого и улыбающегося народа. Жители других провинций часто сравнивали их лица с молчаливыми каменными истуканами. В отличие от Тивии, люди здесь предпочитали лишний раз не сотрясать воздух словами или смехом. Но по сравнению с лицами вооруженных надзирателей Ведомства, другие синотрцы казались пухлощекими и счастливыми младенцами.

Работающие здесь будто заглянули в чертоги Диликтоса и насмотрелись такой жути, что отныне их глаза не выражали ровным счетом ничего, кроме презрения и злобы. Ничто в них не поменялось, даже когда стражи увидели, что в повозке находится Гувэй – сын градоначальника и назначенный глава Ведомства Безопасности. Казалось, для этих слуг правопорядка все люди – ничтожное и пустое место. Какой же ужас охватывал тех, кто оказывался на другой стороне двора, куда вела Дверь Позора? Сам Дэмин никогда там не был, как, впрочем, и внутри самого Ведомства, но слышал, что там проводят оглашения наказания и пытки, требующиеся для раскрытия дел.